Книга Небесный берег, страница 138 – Лизз Демаро

Фрайда нервничала. Она натирала посуду до блеска и совсем не замечала горячей воды, обжигающей руки. Дакота, допив чай, поставила чашку рядом с раковиной, а потом взяла Фрайду за руки и мягко заставила развернуться к себе.

— Давайте я домою все, а вы пока вытирайте.

Улыбнувшись, Дакота взяла полотенце, висевшее на спинке стула, и протянула Фрайде. Та не стала сопротивляться и молча выполнила просьбу. А потом спросила:

— Куда вы их отправите?

Дакота протянула вымытую тарелку ей и как-то странно, неуверенно пожала плечами. Айлей закончил с уборкой и присоединился к Фрайде, взяв еще одно полотенце. Когда Дакота на него взглянула, он незаметно кивнул.

— В Индарру. Думаю, там для них будет безопасней, – спокойно ответила Дакота, и Фрайда с трудом разобрала ее слова за шумом воды.

— Двум детям без магии в Индарре вряд ли будет лучше, – с сомнением произнесла Фрайда.

Дакота вдруг поняла, что у нее нет сил вступать в спор. Они и без того потеряли много времени. Пусть Дакота верила, что и Лиаре, и Нэйтану необходимо попрощаться с той, кто заменила им мать, она все равно хотела поскорее вернуться в Рахту, отправить письмо голубем и начать подготовку к пересечению границы.

— Они уже не дети, – произнес Айлей. – Да и Лиара уже не без магии, – добавил он, когда Фрайда посмотрела на него расстроенно.

— Значит, вы просто позволили им попрощаться с нами? – уточнила Фрайда.

Дакота и Айлей одновременно сказали:

— Да.

— Это несправедливо, – вздохнула Фрайда, хотя уже поняла, что попытаться что-то изменить не просто бессмысленно, а слишком рискованно и опасно.

— В мире вообще мало справедливости, – грубо бросил Айлей.

Ни у кого не нашлось слов, чтобы возразить.

Они закончили убирать кухню. Немного помолчав, Дакота и Айлей уже хотели выйти к детям и сказать Нэйтану и Лиаре, что им пора, как вдруг воспитательница Фрайда резко и громко выпалила:

— Я даю всем детям настойку из тысячелистника и перетертых клыков рыжей лисы^[3].

Айлей и Дакота уставились на нее, широко распахнув глаза. Оба, как никто другой, знали, о чем идет речь, потому что сами делали подобные настойки и продавали в своих аптеках. Не часто – когда удавалось достать все ингредиенты, когда градус опасности снижался. Откуда Фрайда знала об этом?..

Дакота быстро вернулась в кухню, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Набрала в грудь побольше воздуха и уже хотела ответить, но слова застряли в горле. О таких вещах говорить было опасно. Она сомневалась, что кто-то их мог подслушать, но осторожность никогда не была лишней.

Первым порывом Айлея было задвинуть шторы на окнах, но он понимал, это глупо, несмотря на то, что дети могли услышать, а потом случайно кому-то проболтаться.

— Тем, кто родился без магии, вреда не будет, а…

— А те, кто наделен ею, никогда об этом не узнают, если поить их каждый день, – закончила Дакота.

Обе женщины ошарашенно смотрели друг на друга, не зная, что сказать.

— Откуда вы?.. – начала Фрайда, но не закончила.

— А вы? – спросила Дакота, не рискуя ответить первой.

— Я не магичка, если вы об этом, – стушевалась Фрайда и не солгала. – Моя бабушка была магичкой природы и отлично разбиралась в растениях, немного понимала животных. Она научила и меня, и мою мать делать некоторые лекарства на травах и эту настойку. Так, на всякий случай. Я и не думала, что мне пригодится. Просто когда я первый раз столкнулась с магией у детей… когда солдаты забрали одного и сожгли у всех на глазах… мальчику было лет тринадцать, он не сделал ничего плохого. Я не думала, что они действительно убьют его. Вместе с ним убили и мою мать, которая скрывала его. Я думала, его увезут на арену, будут тренировать, но они решили сделать шоу, чтобы люди потом не рисковали лишний раз и доносили друг на друга.