Книга Небесный берег, страница 130 – Лизз Демаро

Джодера и Джейлей медленно обнажили клинки. Этель последовала их примеру. Никто не торопился начать бой. Маркэль и Бильяна сидели на полуразвалившихся скамейках, но в любую секунду были готовы сорваться с места. У обоих за поясами находились револьверы.

— Но доставляешь, – жестко отрезала Алана и нанесла первый удар.

Лезвием в глаз.

Джахи Мани заорал. Алана ударила его ногой в живот и рванула назад.

Шестеро мужчин врассыпную кинулись в атаку. Джейлей и Джодера обступили одного из них и напали с двух сторон с ножами, надеясь оказаться быстрее, чем страшный с виду верзила.

Этель и Маркэль напали на второго. Она ловко запрыгнула со спины на врага и закрыла ему глаза. Маркэль ударил его рукоятью револьвера в подбородок. Мужчина пошатнулся, но на ногах удержался и рывком скинул с себя Этель. Она упала, ударившись спиной о жесткий пол, но тут же поднялась. В руках у нее блестело лезвие.

Бильяна вступила в неравную схватку с тем, кто был раза в три больше нее самой, но по ней нельзя было сказать, что она напугана или чувствует себя слабее. Двигаясь быстрее молнии, Бильяна ускользала от противника прежде, чем он ее настигал, и медленно уводила его к выходу.

Алана сцепилась с тем, кто стоял ближе всех к Джахи Мани. Сам Джахи отползал к проходу к железнодорожным путям, где, как думала Алана, ждали еще его люди. Герсий быстро направился следом, и Алана не успела предупредить его о своей догадке.

Двое обступили Эверлинга. Он окинул их раздраженным взглядом и приподнял руки, чувствуя, как их кровь быстро течет по жилам. Это всегда было просто – чувствовать чужое кровотечение, мысленно касаться его и подчинять потоки себе. Сколько он себя помнил, всегда мог ощутить чужие кровеносные сосуды, а пару раз даже определял заболевания крови.

Помня приказ Аланы не убивать, Эверлинг заставил обоих мужчин упасть на колени, согнуться пополам и не позволял пошевелиться. Впервые он дрался настолько медленно, тщательно обдумывая каждый шаг.

Тем, кто вставал против него, Эверлинг никогда не боялся навредить: ни на улице, ни на арене. Его собственная жизнь всегда стояла выше благополучия тех, кто пытался причинить ему боль. Но в момент, когда от его действий зависела судьба самых близких, когда женщина, способная им помочь, выставила определенные условия, он начал сомневаться. Неуверенность поселилась незаметной занозой – не сильно мешала, но без остановки зудела.

Алана получила резкий удар под дых и упала на пол. Секунду спустя поднялась.

Джейлей и Джодера как могли старались не подпустить своего врага к кому-то другому, но получалось плохо. Бильяна со своим противником уже сражалась на улице, за пределами вокзала, и оттуда доносился только лязг металла.

Этель и Маркэль ранили мужчину в ногу, но тот еще умудрился не свалиться, и Эверлинг вдруг понял, что не слышит его криков. Он тряхнул головой.

Двое мужчин стояли перед ним на коленях, силясь пошевелиться, но каждая попытка проваливалась. Проблема такого скрупулезного обдумывания заключалась в том, что Эверлинг не мог ни отпустить их и помочь другим, ни сделать им больнее или убить.

Алана сражалась с человеком, который превосходил ее и по весу, и по росту, и по телосложению, и в рукопашном бою шансов победить у нее точно не было.