Книга Солнце, которого не было, страница 98 – Кристина Той

— Друг, а что со светом?

— Приказ был. Экономить электричество.

Дюк устало склонил голову набок, прислонил карту к терминалу и направился домой, уже стараясь не оглядываться.

Готовить на идеально чистой кухне Николь было страшно, но даже если Дюк и испачкал бы что-то, это уже не казалось ему катастрофой. В конце концов, Николь однажды его убила. Так страшнее ли этого её, возможно, испорченная посуда или плита, на которой, кажется, она никогда не готовила?

Дюк аккуратно нарезал бекон, зелень, натёр сыр и благополучно забыл о хлебном лаваше, который надо было чуть-чуть нагреть на сковородке. Он тут же попробовал вытащить его руками, обжёгся, отдёрнул пальцы. Дюк разозлился на себя и стукнул ни в чём не виноватую сковородку о плиту. Как итог: на плите ни царапины, а вот на подушечках пальцев у Дюка появились маленькие волдыри. Ругнувшись про себя, он постарался отодрать лопаткой уже пригоревший лаваш.

Почему-то именно сейчас парень вспомнил о единственном человеке, который был всегда рядом в моменты постоянных неудач Дюка. Для ребят из муравейника Дюк был тем, кто решал проблемы. Тем, на кого можно было положиться. Но для Эрика… Для Эрика Дюк был тем, кто создавал проблемы. Но Эрик, на удивление Дюка, не отказался от него. Наоборот. Когда он узнал, что Дюк ничего не соображает в машинах, то взял его в напарники и никому не позволял с ним работать. Не рассказал начальству, какую ошибку они совершили, когда наняли «отброса». Эрик учил его всему и никогда не ругал, даже если после Дюка приходилось делать двойную работу. Эрик действительно не заслужил такой смерти. Он должен был жить долго, занимаясь любимым делом и возвращаясь домой к девушке, которая так в нём нуждалась.

Дюк опять бросил сковороду, но в этот раз – в раковину, и сполз по белой стене вниз, опираясь на дверь кухонного шкафчика. Прикрыв глаза руками, спрятал слезы, которые покатились по щекам. Кто-то коснулся его рук. Аккуратно, но Дюк испугался. Хотя было очевидно, что, так громыхая, можно было кого-то разбудить. Кого-то, чья комната была на первом этаже. Ещё не зная, что это Николь, Дюк отдёрнул руки. Отстранился от неё.

Николь, присевшая напротив, широко раскрыла глаза. Она слышала, что брат Ани погиб во время разгерметизации вагонов, но не думала, что и Дюка это может так задеть.

— Прости, я напугала тебя?

— Немного. Но это ты меня прости, я, кажется, разбудил тебя. И испортил посуду.

— Да и чёрт с этим со всем, милый. Ты решил приготовить завтрак? Тебе помочь?

Голос Николь был невероятно нежным. И вид её в белом шёлковом платье с небрежно перекинутыми через плечо волнистыми волосами никак не сходился с той сущностью, о которой узнал Дюк. Не могла эта женщина, так напоминающая ему ангела, быть приспешником смерти. И это обращение… «Милый». Дюк всё ещё таял, когда она называла его так. Поэтому, когда Николь потянулась приобнять его, он не смог сдержаться и приобнял её в ответ.

— Вставай, я помогу тебе. Что ты хотел приготовить? Оу, давай и пальцы твои залечим.

* * *

Когда Аня проснулась, Дюка в кровати не было. Она подскочила, испуганно начала оглядываться. Разозлилась, потому что ночью сказала ему, что так не любит просыпаться одна в комнате! Немного успокоившись, легла обратно, повернулась в сторону окна. Смотрела куда-то вдаль, но сфокусировать взгляд на чём-то конкретном не могла. Вроде, и хотела встать, но, казалось, что ноги её не будут слушаться. А потом, на её же удивление, получилось резко вскочить. Аня как раз смотрела на дверь, когда услышала шаги в коридоре. Она точно знала, что это Дюк.