Книга По волчьим следам, страница 88 – Диана Чайковская

Видимо, ему повезло, окончательно ли – вопрос. Чонгар дотронулся до пазухи. Мешочек со смарагдами был на месте. Заговорить бы его, как будут силы, чтобы точно не украли. Рядом с лавкой лежал его меч.

— О, очнулся наш бедовый, – из-за печи выглянул детина. Косая сажень в плечах, кулаки размером со здоровенные кружки и засаленная рубаха. – Как звать-то?

— Чонгар, – он привстал. Голова сразу закружилась. Пол и стены заплясали по-дикому, но вскоре всё заняло свои места.

— Из Подзмейного, что ли? – хмыкнул детина. – Я Огнелюб.

Чонгар всмотрелся в него повнимательнее. Огромные ручищи, имя, раскрасневшиеся щёки…

— А ты кузнец, да? – ухмыльнулся он.

— Догадливый, – ответил Огнелюб. – Да, у нас с братьями кузница.

— Я путешествую, – пришлось соврать. Не говорить же, что он сбежал из княжеского терема. – Вот решил повидать столицу.

— И сразу в драку, – покачал головой кузнец. – За что тебя-то?

— Девку не поделили, – мигом соврал Чонгар. Это было самое простое и очевидное.

Огнелюб улыбнулся и понимающе кивнул. Вряд ли он станет задавать лишние вопросы – о таком сразу не рассказывают. Мало кто признается, что спал с молодицей или, упаси боги, захаживал к чужой жене. Либо в мыльню, где хватало хорошеньких девиц, которые были падки на витязей.

— Спасибо, – Чонгар потянулся, медленно разминая спину. Кости хрустнули, напоминая о прожитых годах. Да, уже не такой молодой и крепкий, как несколько вёсен назад. – За то, что не остались в стороне.

— Да разве можно было? – возмутился Огнелюб. – Боги ведь потом покарают, да и не по-людски оно.

В горницу вбежала девка с котомкой наперевес. Совсем дитё, вдвое младше Чонгара. Огнелюб приобнял её и забрал котомку.

— Это Добряна, сестра моя, – объяснил он Чонгару.

Он кивнул девке. Добряна тряхнула золотистыми косами, улыбнулась и сразу отвернулась, принявшись разбирать котомку с репой. Огнелюб тем временем открыл заслонку и достал оттуда котелок с горячей водой. Затем он начал раскладывать засушенную бруснику и шиповник.

Брат с сестрой возились и переговаривались, делясь последними сплетнями – в основном о купцах, что продавали платки и ткани для рубах. Чонгар смотрел на них и завидовал. Слишком тепло и хорошо. Наверняка у него могло бы получиться что-то похожее, но… Нет, жена была бы несчастной, ведь Чонгар то уезжал бы по делам, то ходил по избе хмурый. Было ли это следствием проклятья? Теперь уже не поймёшь.

Зато он прекрасно понимал, что ратники Кажимера пойдут по его следу, надеясь выведать что-то о Маржане. Оставаться здесь – всё равно что самому зарубить добрых людей, которые не прошли мимо.

— Будешь? – Огнелюб разливал горячую воду по кружкам, собираясь заварить бруснику и шиповник. – Не боись, у нас чудные отвары, да и перекусить есть чем.

— Спасибо, но мне надо спешить, – вздохнул Чонгар. Отказывать было неловко – обидятся ведь, решив, что предложили мало. – Меня ждут.

— Хоть полыни в дорогу возьми, – предложила Добряна. – А то нынче болтают, будто в Звенеце волки завелись.

Огнелюб косо взглянул на сестру, но она лишь хмыкнула. Придётся принять, чтобы совсем не обижать их. Чонгар кивнул ей и нагнулся за мечом, собираясь прикрепить его к поясу.

Вместе с охапкой полыни ему дали ещё и блинов, завернув их в кусок ткани. Добряна тоже готовилась к приходу Лели и надеялась порадовать всех сладким угощением.