Книга Бессмертник, страница 46 – Надя Сова

— И ты каждый раз риелтор?

— А то! У тебя в фирме много менедзеров.

— У меня ещё и своя фирма, – простонал Брют.

— Говорю зе, всё готово, стобы ты тут зыл, – гордо заявила Анфиса.

Брют тяжело вздохнул и ещё раз оглядел квартиру. Сквозняк выдул весь дым от кальяна, и теперь можно было нормально разглядеть старый паркет ёлочкой и при этом новый кухонный гарнитур. Покрывшееся чёрными пятнами зеркало в чистой белой раме. На потолке висела аккуратная люстра.

Шепелявый явно любил эту квартиру. Он умудрялся поддерживать в ней порядок и ощущение двоемирия. Старые вещи удивительно хорошо сочетались с модными элементами декора. Винтаж и массмаркет спокойно соседствовали и не спорили между собой. Это в Шепелявом Брюту и нравилось. Он так рвался быть человеком, что привил себе абсолютно человеческие привычки, с погрешностью на его суть.

— А далеко идти? – спросил Брют.

— Да не, к лесу, – махнула рукой Анфиса. – Я переоденусь для прогулки. Как раз доставка новый смот привезла.

Переодевался Шепелявый очень долго, никак не мог подобрать толстовку под штаны, а под них кроссовки.

— Нам всего-то траву забрать, – потерял наконец терпение Брют. – Не тяни время!

— О, теперь узнаю, – обрадовался Шепелявый. – Остались есё пузырьки в твоих бутылоськах. А то сидис такой минорный. Всех в поле отправил мысленно.

— Я не минорный, – возмутился Брют. – Работы много. И прекрати про свои бутылочки!

Шепелявый звонко захохотал, насколько позволяли лёгкие молодой женщины, и закончил собираться.

— Посли, по лесу пройдёмся, – позвал он Брюта, помахивая ключами.

Брют обратил внимание, что на ключах висел брелок с минималистичной пчёлкой.

— Помогает не забывать о правилах, – пояснила Анфиса, запирая квартиру.

До леса идти было недолго, но даже на этом небольшом участке Брют обратил внимание на парочку кикимор на помойке, ауку, затаившегося среди верхних этажей, и ещё какую-то тёмную сущность, медленно переползающую через дорогу.

— Да тут прекрасный район, – щебетала Анфиса, буквально таща за собой Брюта. – Столько всяких-разных, и все местные.

— В смысле? – не понял стражник.

— Это мы так зовём тех, кто здесь зил, здесь умер и новую форму здесь зе обрёл. Луссе всего все улочки и укромные уголки знают. Правда, с ними договариваться слознее. Поэтому прислос выбрать место, куда дазе они не суются.

Анфиса повела Брюта по мосту за МКАД, но не в лес, как ожидал тот, а по дороге между лесом и полем. В полукилометре от моста обнаружился небольшой пруд с покатыми берегами, густо заросшими травой. Редкие деревья нависали над самой водой, создавая подобие купола.

— Тёмное место. – Брют поёжился.

Обычно в водоёмах, особенно тихих, жили утки. Тут было полно ряски, и кусты позволяли хорошо спрятаться. Но этот пруд был пуст.

— Хоросее место. – Анфиса вдохнула полной грудью. – Достатосьно тёмное, стобы всякая мелкая сусера сюда не совалас.

— Оно просто тёмное. – Брют попытался прощупать пруд, но ничего, кроме смерти, в нём не почувствовал. – Давай откапывай траву, и пойдём отсюда.

— Нервнисяес? – Анфиса хитро смотрела на стражника и тянула время.

— Сейчас ты будешь нервничать, – зло сказал Брют.

Шепелявый поднял руки в знак примирения и двинулся в сторону раскидистых кустов. Он несколько раз чуть не свалился в воду, но удержался.