Книга Призрачный зов, страница 18 – Марика Макей

— Если хотите, могу показать ее могилу. Мы похоронили Катюху как полагается, но вы можете раскопать останки и убедиться, что им не один десяток лет. Любой дурак, наверное, представляет, как выглядит свежий труп. Пошли, сами во всем убедитесь.

Толстый смотрел мне в глаза долгую минуту и молчал. Я не мог прочитать его мыслей, эмоции на лице не отображались, поэтому то, что сделал парень в итоге, для меня стало неожиданностью.

— Конченый псих! – прорычал Толстый и схватил меня за грудки.

Я успел только крякнуть. Толстый с усилием оттолкнул меня, и я полетел в реку. От неожиданности хлебнул воды, но быстро вынырнул и закашлялся. Благо глубина была всего лишь по пояс. Я умел плавать, но сейчас мог спокойно стоять на своих двоих, и это немного успокаивало. Убрав с глаз намокшую челку, зло уставился на обидчиков. Толстый и Васька смотрели на меня сверху вниз.

— Может, у вас в городе и принято раскапывать трупы, осматривать останки, и все это для тебя – забава, но мы здесь люди верующие и простые. – Толстый цедил через зубы, желваки на его скулах устрашающе выступали. – Не знаю, почему Глеб идет на поводу твоих идиотских заскоков…

— Потому что благодаря им мы упокоили уже три отпечатка памяти! – крикнул я в сердцах, прерывая тираду Толстого. – Три, тупоголовый ты кретин! Думаешь, это просто? Думаешь, нам не страшно? Забавно? Да ты, должно быть, идиот, раз так считаешь!

Я ударил по воде рукой от негодования. Блестящие капли упали вокруг, образуя круги на воде. Только тогда я понял, что нахожусь не просто в реке, а, возможно, в пристанище мертвецов и в любой момент они могут утянуть меня под воду. В горле вмиг пересохло, нижняя губа машинально затряслась, а дыхание перехватило. Мне с трудом удалось пересилить себя и не удариться в панику. Так хотелось убраться отсюда подальше, завыть по-детски и выбраться из воды со слезами на глазах. Но я не мог позволить Толстому и Ваське увидеть мой страх, не давала гордость.

— Не верить проще, чем свыкнуться с мыслью, что чертовщина происходит здесь и сейчас, – тихо проговорил я дрожащим голосом. – Я это прекрасно понимаю. Но вы-то с самого детства во всем этом варитесь и видели, как люди забывают обо всем после совершеннолетия, были у барьера… Почему тогда сейчас не можете поверить?

— Это другое, – отрезал Толстый. – Может, нам тогда еще начать верить в единорогов и фей?

Я умолк, понимая, что спорить бесполезно. Такие люди, как Толстый и его шайка, твердолобые до мозга костей.

Видимо, Толстый понял, что мне нечего больше сказать. Он обернулся к Ваське, похлопал его по плечу, и оба парня поднялись с мостика на берег. Прежде чем уйти, Толстый в очередной раз взглянул на меня, но не сказал ни слова.

Они медленно удалялись, а я считал секунды. Как только Толстый и Васька ушли чуть дальше, я пулей вылетел из реки. Поднялся на берег, с минуту заламывал руки, а после закричал вслед парням. Так сильно, как только мог, срывая связки. Они и представить не могли, чего я натерпелся, пока находился в воде.

Схватив себя за волосы, попытался унять неровное дыхание. Все внутри меня сотрясалось от ужаса, нервы были на пределе. Я по очереди глядел то на реку, то на удаляющиеся силуэты Толстого и Васьки и проклинал Воронье Гнездо. Сейчас я ненавидел всей душой и эту деревню, и собственный животный страх перед ее аномалиями. Руки дрожали, коленки подгибались. Назойливые капли с челки затекали в глаза. Я слышал гул в ушах от собственного сердцебиения и кое-что еще…