Книга Монстр, страница 104 – Марика Макей

— Вы правда готовите вечеринку-сюрприз? – удивился Кевин, доставая из внутреннего кармана куртки пачку сигарет.

— Готовили, – ответила я, еще раз врезав Дилану для верности. – А он все испортил!

— Схожу за мороженым, – улыбнулся тот, поднимая ладони вверх в жесте «сдаюсь» и отступая. – Кажется, кое-кому нужно остыть.

Дилан, по-детски дурачась, показал язык и заковылял в сторону тележки мороженщика. Хромать он не перестал. С тренировками нужно было бы завязать, но он все равно не перестал ходить в спортзал и поддерживать форму. Я улыбнулась, глядя ему вслед.

— Я понимаю, почему ты выбрала его, – вдруг сказал Кевин.

Я обернулась и вновь взглянула на него. Кевин зажал сигарету между зубами и закурил. Сделал глубокую затяжку, потом выдохнул дым вверх, немного задрав голову.

— И почему же?

— Потому что влюбилась, – усмехнулся он, как будто это не было очевидно. – Не могла не влюбиться… Я понял это еще тогда, год и семь месяцев назад.

Я вопросительно нахмурила брови.

— По глазам, – пожал плечами Кевин. – Просто он, казалось, готов был пожертвовать своей жизнью, чтобы спасти тебя. А я… я испытывал дикую ненависть. В голове лишь мысль об убийстве Скотта пульсировала.

Я замолчала. Не задумывалась о взглядах в тот вечер. Было не до того… Но Дилан стал для меня центром вселенной. Наверное, я уже не смогу жить без его подколов, наших вечных препирательств, просмотров аниме-сериалов и игр в приставку, где проигравший исполняет желание. Обычно на какую-то сексуальную тему…

— Ты чего задумалась? – делая новую затяжку, спросил Кевин и, не дожидаясь ответа, добавил: – Слышала, со Скоттом случилась беда?

— Кому как, – пожала плечами я. – Мне вот стало легче, когда он превратился в овощ.

— Странно все это.

— Поговаривают, что кто-то из родственников Рика Вудса постарался. Вполне возможно накачать его чем-то в психушке, мне кажется… В газетах имя Купера встречалось очень часто полтора года назад. Не удивлюсь, что близкие Рика захотели наказать убийцу.

— Да уж, – хмыкнул Кевин. – По мне, так лучше смерть…

— Тебе его жаль?

— Ни капельки, – не задумываясь ответил он.

Дилан вернулся с тремя бумажными стаканчиками фисташкового мороженого. Вручил один Кевину, второй – мне, с последним разделывался сам.

— Какие планы на жизнь, Харрис?

— Не знаю, Рыжий. Возможно, уеду в Германию или Англию, как и хотел когда-то. А может быть, останусь и буду доставать тебя.

— У тебя было столько времени на раздумья, – покачал головой Дилан, – но ты так ничего и не придумал?

— Родители хотят, чтобы я прилетел к ним в Париж, – уже серьезно сказал Кевин. – Раньше они никогда не звали меня к себе. После заключения я чаще стал с ними видеться, они несколько раз навещали меня… Странно, правда?

— Может быть, до них наконец-то дошло, что у них есть сын? – поджала губы я. Не хотела иронизировать, но не сдержалась. – Прости… Зря я так.

— Да нет, ты, конечно, права. Поздно они заботу включили.

— Ты можешь остаться здесь. С нами.

Я посмотрела на Дилана, и тот под напором моего взгляда сначала неохотно, но потом все активнее закивал, соглашаясь. Я полтора года посещала Кевина в тюрьме, он знал, что я не шучу. После всех ужасов, связанных со Скоттом Купером, мы с ребятами были неразлучны. Кевин, возможно, и не являлся частичкой нашего пазла, но мог бы ею стать. Иногда дружба крепче кровных уз и долговечнее стали.