Книга Заклятые в любви, страница 96 – Анастасия Райнер

— Нет. – Мадам Фостер и бровью не повела. – Вас ждет всего лишь навсего небольшая игра.

Закипая, Эйприл шумно втянула носом воздух, а Эван напрягся. Его крайне насторожил азарт в голосе Шарлотты и искорки, заплясавшие в ее глазах. Иногда складывалось впечатление, что она ставит на них какие-то эксперименты.

— Повернитесь друг к другу, – попросила женщина в красном, и те нехотя повиновались, предчувствуя неладное. – Внимательно вглядитесь в ваши самые неуловимые черты внешности и в особенности характера. Отбросьте всякие предубеждения, обиды. Забудьте колкости, которые вы когда-либо говорили друг другу. Понимаю, это сложно…

— Это невозможно, – прошептала Эйприл.

— Мисс Вуд, пожалуйста, без ремарок, – мягко попросила мадам Фостер, на что та закатила глаза. – Если вам это поможет, то представьте, что вы незнакомые люди. И скажите по пять комплиментов друг другу. Мистер Грейсен – джентльмены вперед.

Эван закашлялся. Сбылись его худшие опасения. Он без труда подобрал бы и сотню комплиментов, вот только произнести их вслух, ей в лицо, да еще и первому – увольте.

— Где вы тут джентльмена увидели? – ехидно произнесла Эйприл.

— Мисс Вуд, это не комплимент.

— Ну а вы, по-видимому, не психолог, потому что делаете только хуже! – Она повысила голос, перестав сдерживаться.

Предчувствуя бурю, мадам Фостер откинулась в кресле, всем своим видом показывая, что позволит девушке выговориться. Эван задумался: а может быть, в том и заключался ее план? Разговорить их таким способом, через провокации? Заставить вспыхнуть и разом вывалить все, что накипело?

Как бы то ни было, Эйприл уже разошлась:

— Грейсен мне омерзителен настолько, насколько это вообще возможно! Я постоянно сдерживаю себя, чтобы, проходя мимо, не плюнуть ему в лицо! Он сам вышел на тропу войны еще до того, как мы оба поступили в Беллстрид! А знаете, в чем причина? В двойной стипендии, которая досталась мне, а не ему! Я не виновата в том, что старалась пройти экзамены достойно и мои работы оценили выше, чем его! Я не виновата в том, что одеваюсь вот так. – Она дернула за край свитера. – И не виновата в том, что у меня такие волосы! – Ее голос начал предательски дрожать. – Грейсен весь триместр изводил меня! Он оскорбил меня всеми возможными способами! А теперь вы вместе с Анжелой Дьюэтт шантажом хотите заставить меня говорить ему комплименты? Что ж, если Университет искусств готов потерять талантливую студентку только потому, что она имеет гордость, – стало быть, мне здесь не место!

С этими словами Эйприл, бледная как полотно, вскочила на ноги и вылетела из кабинета. Воцарилась тишина. Эвану было стыдно за себя, а ведь она не рассказала и десятой доли того, как обстояли дела на самом деле. Ему следовало сокрушаться не о потере двойной стипендии, а о том, что на самом деле он был куда хуже, чем думал о себе когда-то. «Грейсен мне омерзителен настолько, насколько это вообще возможно! Я постоянно сдерживаю себя, чтобы, проходя мимо, не плюнуть ему в лицо!» – звенел в его голове яростный голос Эйприл. Ему казалось, что он никогда уже не забудет того, что пришлось услышать. Понимал, что вряд ли кто-то способен ранить его сильнее. Интересно, что же думает о нем университетский психолог теперь?

— Если вас это утешит, мистер Грейсен, – осторожно начала мадам Фостер, – ничего нового я сейчас о вас не узнала.