Книга Безупречный, страница 55 – Элси Сильвер

Потом незнакомый блондин добавляет:

— И каждую фанатку ковбоев в туре. — И неторопливо уходит.

И вот тогда я выскальзываю из объятий Ретта. Потому что этот парень, может, и придурок, но он прав. У Ретта есть определенная репутация, а у меня — дурная привычка позволять мужчинам, от которых мне следовало бы держаться подальше, разбивать мне сердце.

В отель мы возвращаемся в тишине. Почти напряженной.

Там, на арене, все казалось естественным. Я смеялась, он смеялся, его руки обнимали меня, а его друг подшучивал над ним. Он казался самим собой.

А потом этот единственный язвительный комментарий превратил все в реальность. Потому что я здесь работаю, а он — мой клиент. Это то, о чем я должна помнить.

На этот раз мы не пялимся друг на друга в лифте. По крайней мере, я не пялюсь на него. Вместо этого я зацикливаюсь на своих ботинках, покачивая пальцами ног внутри них.

Я чувствую, что он смотрит на меня, но не встречаюсь с ним взглядом. Потому что, когда я показала ему поднятый большой палец, а он улыбнулся мне в ответ, мой желудок перевернулся. Так же, как это было раньше, когда Роб подмигивал мне. Я не могу сделать это снова.

— Они починили обогреватель в твоей комнате?

Я думаю, единственное, чего он добился, одарив своей улыбкой женщину на стойке регистрации, когда этим утром спрашивал об обогревателе в моем номере, — того, что она передала ему свой номер через столешницу. Любое понимание того, о чем он с ней говорит, исчезло в ту минуту, когда она увидела его.

Я ждала, пока мы окажемся вне пределов слышимости, чтобы отпустить шутку по этому поводу. Но, как только мы ушли, он небрежно бросил листок бумаги с ее номером в мусорное ведро в вестибюле.

— Я не уверена. Я не возвращалась в свою комнату.

Когда я случайно поднимаю на него взгляд, он отводит свой в сторону и кивает.

— Как твое плечо? — спрашиваю я, вспоминая, что еще не интересовалась этим.

— Не хуже.

— Хорошо. — Я облизываю губы и тру их друг о друга. — Это хорошо.

— Послушай. О том, что сказал Эмметт… — Он замолкает, и я поднимаю руку.

— Тебе не нужно ничего объяснять.

— Мне кажется, что нужно. На самом деле я больше не такой. — В его голосе почти звучит отчаяние.

— Все правда в порядке. — От одного разговора о нем с другими женщинами у меня в горле появляется щемящее ощущение. Я пожимаю плечами, становясь выше, отказываясь сворачиваться калачиком.

— Я вел разгульную жизнь, но большая часть того, что ты видела в прессе, сильно преувеличена. Я не скотина.

— Ретт. — Я не понимаю, зачем он продолжает говорить об этом. — Я знаю. Знаю.

— Откуда?

— Я приклеилась к тебе несколько дней назад, и ты не сделал ничего, чтобы заставить меня подумать, что ты такой. Ты был идеальным джентльменом.

Теперь мы смотрим друг на друга, и мои губы вздрагивают.

— Сварливый, упрямый джентльмен.

Он усмехается и качает головой. Лифт дребезжит, и момент улетучивается. Мы машем друг другу рукой и прощаемся, прежде чем исчезнуть в наших номерах.

Он исчезает в своем теплом, а я — в своем холодном. Потому что они ни черта не починили.

Я хочу принять горячий душ, переодеться и забраться под одеяло, чтобы помечтать об уютной комнате, которую мне выделили на ранчо «Колодец желаний». Горячий кофе на кухне каждое утро. Очаровательные семейные ужины, на которых все мужчины на ранчо собираются в главном доме, чтобы подшучивать друг над другом во время готовки.