Книга Безрассудный, страница 75 – Элси Сильвер

Итак, я прижимаю руку к ее пояснице и веду ее по коридору.

— Мне следует разрешить твоей собаке спать в моей постели?

— Да.

— Но он...

— Тебе будет хорошо. Он любит прижиматься, и он спит как убитый. Иди, смой макияж и почисти зубы.

Слегка подтолкнув, я отправляю Уинтер в ванную, а затем разворачиваюсь и вхожу в детскую Виви, ее гневные вопли наполняют воздух.

— Девочка, что за суматоха? — воркую я, когда ее крошечные ручки тянутся ко мне. — Тебе нельзя так поздно веселиться. Твоей бедной маме нужен отдых.

Я поднимаю ее на руки, и ее мокрая щека утыкается мне в шею.

Крошечные кулачки вцепляются в мою рубашку, и... она только сильнее плачет.

— Ладно, ты действительно злишься. Я понимаю. Кажется, сегодня все такие, так что ты совсем не оригинальна.

Подбрасывая ее, я выхожу на кухню и достаю все, что мне нужно, чтобы согреть ей молоко из морозилки.

— Знаешь, когда я становлюсь раздражительным? Когда я голоден. Так что ты получишь это от меня. Давай попробуем это еще раз.

Она задыхается, ее тело вздрагивает под тяжестью попыток отдышаться.

— Моя мама называет это голодной. Голодной и злой одновременно. Моя сестра тоже так себя ведет. Наверное, поэтому она всегда надо мной издевается. Она просто голодная. Я почти уверен, что это черта Сильвы.

К тому времени, как ее бутылочка готова, крики Виви стихают, и я направляюсь по коридору в ее комнату. Я планирую сесть в кресло-качалку с моей дочерью и посмотреть, как она засыпает.

Я резко поднимаю голову, когда слышу скрип дверных петель. Уинтер стоит у входа в свою комнату, прямо напротив комнаты Виви, выглядя усталой и широко раскрытыми глазами одновременно. Как будто она не знает, что делать или говорить, когда кто-то подбегает, чтобы помочь ей.

Она покусывает губу, когда я подхожу ближе, и мой взгляд опускается, чтобы провести по ее тонкой хлопковой ночной рубашке. Интересно, носит ли она что-нибудь под ней. В голове проносятся образы того, как я ее поднимаю и беру ее.

— Иди спать, Уинтер.

— Ты уверен? Что ты собираешься делать?

Я кладу Виви в кроватку и вкладываю теплую бутылочку в ее хваткие руки, прежде чем повернуться лицом к женщине, которая занимала все пространство в моем мозгу с того момента, как я впервые увидел ее — возможно, даже раньше.

Каждый раз, когда Ретт поднимал вопрос о том, что произошло между ней и Саммер, я не мог не думать, что мы не понимаем всей истории. Что люди не бывают жестокими без веской причины. Что двое братьев и сестер не должны быть такими враждующими.

Что родители не должны так сильно издеваться над своими детьми, как она описала.

Мое детство не было идеальным, но я никогда не сомневался, как сильно мои родители любили меня.

Это правда, что я не знал Уинтер, но я все равно задавался вопросом о ней.

— Я буду заботиться о нашей дочери, чтобы ты могла получить необходимый отдых.

— Все в порядке. Мне не нужна твоя помощь...

Моя рука вытягивается, грубо обхватывая ее, когда я веду ее обратно в ее спальню. Она такая же, как моя, с карнизами и полированным деревом, но ее с женственным оттенком. У нее красивая, в старинном стиле, медная кровать. Она изящная и полированная, вероятно, прохладная на ощупь — как она.

Но если держать этот металл достаточно долго, он нагреется. Примет температуру своего окружения.