Книга Безрассудный, страница 158 – Элси Сильвер

— Я больше на тебя не злюсь. Я просто очень, очень возбудилась после этой поездки.

Она говорит это достаточно громко, чтобы вокруг нас раздался трель смеха.

Я целую макушку Виви и дарю Уинтер свою самую понимающую ухмылку, прежде чем прошептать ей на ухо:

— Я буду трахаться с тобой как принцесса или как шлюха?

И как раз перед тем, как поцеловать меня, она хихикает и отвечает:

— Мне все равно, лишь бы ты трахался со мной как с твоей.

Я целую ее в ответ, а затем спрыгиваю с панелей, дерзко подмигивая ей, прежде чем повернуться и зашагать к подиуму, который они переместили на место. Эмметт ждет внизу.

— Не привыкай, Сильва. Ты не так талантлив, как твой отец.

— Очаровательно, Буш. — Я хлопаю его по плечу. Даже этот придурок не может испортить мне хорошее настроение сегодня вечером.

Я перешагиваю через него, используя его плечо как перила, чтобы занять место.

— Я, может, и не такой талантливый, как он, но я такой же хороший, как он. Так что поздравляю с сезоном.

Он ошеломленно смотрит на меня.

Я ухмыляюсь, прежде чем добавить: «Жаль, что я его испорчу».

Костюмы выходят и говорят о вечере — спорте, острых ощущениях, — но мой взгляд снова и снова возвращается к Уинтер. Ретт подошел к ней на заборе, и они оба смотрят. Я отрываюсь от того, чтобы пялиться на нее, когда комментатор просит меня рассказать о моем первом уик-энде после травмы.

— Расскажи нам о своей победе сегодня вечером.

Я беру микрофон из его руки, но снова смотрю на Уинтер, всю блестящую и сияющую. Вся в улыбках и волнении.

Все мое.

— Ну, мой отпуск прошел не так, как ожидалось, — начинаю я. — Реабилитация была довольно простой. Не думаю, что у меня будут какие-то долгосрочные последствия, о которых можно беспокоиться, и это здорово. Но самым ярким моментом стало то, что я провел некоторое время с семьей. — Я киваю подбородком в сторону забора. — Сегодня вечером со мной моя маленькая девочка и моя будущая жена. Они делают эту победу особенной.

Диктор усмехается, и из зала раздается хор «ой!», но мой взгляд прикован к Уинтер.

Она не закатывает глаза на мое выпендривание.

Она подмигивает мне.

— Что-нибудь хочешь сказать своей будущей жене сегодня вечером, Сильва?

Мне не нужно думать дважды.

Я подношу микрофон к губам и бормочу: «Te vivo».

Это лучше, чем «Я люблю тебя».

Это точнее.

Это мы.

Кип: Я знаю, что не был рядом с тобой, но я хочу это изменить. Я хочу помочь. Саммер рассказала мне о Робе. Пожалуйста, позволь мне связать тебя с моим семейным адвокатом. Она лучшая.

Уинтер: Конечно же Саммер сделала. Зачем тебе семейный адвокат?

Кип: Ты не говорила с мамой?

Уинтер: Ха. Серьёзно? Я перестала общаться с Мариной в тот день, когда она предложила выдать Виви за Роба. Она тебе не сказала?

Кип: Ну, мы тоже не разговариваем. Просьба о разводе прошла плохо.

Уинтер: Ты получаешь развод?

Кип: Да.

Уинтер: Наконец-то.

Уинтер: И да, я воспользуюсь этим контактом.

— Ты хочешь, чтобы я выбросил эти цветы?

Тео смотрит на вазу с красными розами посередине прилавка, как будто хочет их растереть, а не просто выбросить.

— Нет. Я их оставлю.

Он хмурится на меня. Он немного расстроен с тех пор, как вернулся домой. Я знаю, что он планировал остаться в дороге между двумя событиями, чтобы погрузиться в соревнования, идущие один за другим по выходным.