Книга Фальшивая жена, страница 117 – Алекс Вон

Я прошла внутрь. Мои шаги были бесшумны. Я села напротив, сложив руки на коленях, старательно пряча лёгкую дрожь. Я смотрела на него, жадно, будто время сжалось в одно мгновение, и у меня осталось лишь это — запомнить каждую черту его лица, каждое напряжение в плечах, как будто это случайная встреча с незнакомцем.

Он продолжал говорить, и этот монотонный поток слов, обращённый не ко мне, а пронизывающий пространство, причинял странную боль. Это заставило моё сердце сжаться, как будто там, в его голосе, прятались все наши забытые чувства, все недосказанные слова.

И вдруг тишина.

Он замолчал, и только тогда встретил мой взгляд. Наши глаза пересеклись, и мир вокруг перестал существовать — ни слов, ни людей, только это невидимое столкновение, точка, где всё останавливается.

В его глазах не было пустоты, и это мучило меня сильнее всего. Я узнала всё, что пыталась забыть за этот месяц — каждый момент, каждую досаду и все несбывшиеся надежды. Я поняла — ничто не закончилось.

Передо мной лежали бумаги — четкие строки, толстые, холодные формулировки. Несколько подписей, и всё, что когда-то казалось жизнью, умело превращалось в юридический факт. Я взяла ручку в руку.

Пальцы не дрожали. Это было удивительно.

Я не смотрела на Дэниела.

Как только я взгляну в его глаза, всё, что поджидало меня в прошедшем, пробудится, и я не смогу с этим справиться.

Я наклонилась, трудилась, чтобы накрепко написать своё имя, фамилию. Чётко. Ровно. Это напоминало, что это был не я, а всего лишь автомат, выполняющий задачу.

Когда ручка коснулась бумаги в последний раз, всё закончилось. Так легко. Так просто.

Я отложила ручку, встала, и, не дожидаясь слов, развернулась к выходу. Шаги стали быстрее, почти бегом по коридору, где всё начинало гулко отдаваться, вспоминая мою решимость.

Только бы не остановиться. Только бы не услышать то, что он хотел сказать.

Потому что если услышу — я вернусь. А этого нельзя. Не теперь. Не после всего.

Я выбежала из здания, жадно вдохнула холодный воздух и зажмурилась. Чувство свободы должно было бушевать внутри, но вместо этого там пряталось лишь горькое осознание — я оставила что-то очень важное позади, и теперь уже не смогу это вернуть.

Холодный воздух обжигал лёгкие, и я пыталась дышать ровно, но внутри разворачивалась буря. Слишком тихо. Слишком пусто. Не так должна ощущаться свобода.

Я закрыла глаза, и передо мной встало его взгляд — последний, тот самый. Взгляд, который был знаком, но теперь казался своим, и в то же время чужим. Я резко вдохнула.

— Нет… — почти шёпотом, задавая себе вопрос, который мучил в самые смутные часы, — не так.

Я не могу так. Без него просто вычеркнуть всё — бездумно и нелепо. Глупо. Слабо. Неправильно. Но это было правдой.

Я развернулась, и сердце забилось быстрее, но уже не от боли, а от нового решения. Я вернусь. Просто увижу его ещё раз, скажу хоть что-то. Или, может, и ничего не скажу. Просто посмотрю.

Этого должно хватить.

Я сделала шаг назад к входу…

И вдруг чья-то рука резко схватила меня за спину. Я не успела даже вдохнуть — ткань, пронизывающая моё лицо, резко прервала мой мир.

— Мм—!

Я дернулась и попыталась вырваться, но хватка была слишком сильной. Мир раскачивался, становясь размытым. Звуки улицы постепенно исчезали, как будто мне вдруг погрузили под воду.