Книга Хорошая и Хулиган со стажем, страница 57 – Алика Бауэр

— Амалия… — предупреждающе рычит Демьян, приникая губами к моей шее.

Мокрый поцелуй. Я раскрываю губы в полустоне, выписывая развратную восьмерку на его бедрах. Сладкий укол боли пробегает по позвонкам, когда чувствую его зубы на нежной коже.

— Амалия… остановись, потому что я не могу, — выдыхает он жарко.

Довольная, немного безумная улыбка появляется на моих губах от понимания, что Демьяна так же ведет, как и меня.

— Твоя пряжка привлекла меня еще с первой секунды.

Демьян откидывается на спинку кресла. При этом он не выглядит расслабленным. Наоборот, смотрит так, словно все сейчас принадлежит ему и он готов это контролировать. Хотя его взгляд и направлен на меня снизу вверх, но я готова подчиниться.

Никогда в жизни я не чувствовала себя еще более сексуальнее, чем сейчас, в его руках, на его коленях, в его рубашке и во влажных от возбуждения трусиках.

Я еще немного сбивчиво дышу после наших поцелуев. Прикусываю губу, веду пальчиком по мужской груди, вниз по прессу и к той самой пряжке. Боже, мы пьяны. И мы явно не собираемся останавливаться на одних поцелуях.

— У меня для тебя есть кое-что получше, — он показывает взглядом на свой пах, где уже даже через темную ткань штанов видно его возбуждение.

Мой пульс учащается.

Демьян приказывает мне самой расстегнуть его ширинку. И для этого он даже не пользуется словами.

Тянусь к пряжке. Она щелкает, следом тяну за собачку, молнию вниз, веду с нажимом двумя пальчиками по ткани боксеров, чувствуя то, какой он твердый. Демьян слегка приподнимает бедра, я привстаю, чтобы стянуть с него, насколько получается, штаны с нижним бельем.

Эрегированный член тут же смотрит на меня на 12 часов. Головка слегка посиневшая от сильного возбуждения. Крупный, мощный. Рот невольно наливается слюной. Облизываю свою ладонь и обхватываю горящую плоть. Веду вверх, вниз, слышу, как Демьян прерывисто вдыхает со стоном. Он взгляд с меня не сводит, кончиком языком облизывает нижнюю губу. От того, что вижу, сама начинаю возбуждаться сильнее. Хотеть его сильнее. Как можно быстрее. Это должно быть грязно, грубо, громко.

Его руки ползут вверх, тянутся к пуговицам рубашки, которая на мне. И только сейчас мой пьяный мозг генерирует мысль, что на нем другая рубашка. Значит, Демьян ходил в свою комнату переодеваться и все равно вернулся в гостиную. Может быть, надеясь, что я тоже сюда приду, даже несмотря на ту боль, что я ему принесла. И не прогадал.

Он расстёгивает на мне пуговицы. Одна, вторая, последняя. Раздвигает полы рубашки в стороны, обнажая мою грудь. Я продолжаю его ласкать, размазываю по головке крупную каплю проступившей смазки. Демьян учащенно дышит. Обхватывает руками мою грудь, словно взвешивая, перекатывает между пальцами соски. А его глаза облизывают меня взглядом. Пожирают прямо до косточек.

Это приятно. Это заставляет делать более безрассудные вещи.

Мои движения рукой учащаются. Между ног невыносимо печет. Я хочу его. Хочу так сильно, что думаю только об этом. Представляю его в себе. Мне будто бы даже становится больно от дискомфортной пустоты внутри, что я начинаю похныкивать.

Демьян ведет двумя пальцами по моему животу, опускает их на телесного цвета треугольник белья. Интересно, ему видно, какая я уже влажная для него?