Книга Влюбиться в твою улыбку. Книга 3, страница 6 – Цин Мэй

— Прямо вот такой крутой? Тогда попроси геймдизайнеров, пусть придумают для тебя черный бафф. Скажи, что тебе нравится черный, и точка. Твой лес – тебе и решать. Хозяин – барин!

— Какая же ты болтливая…

Все эти препирательства заняли минут десять, восемь из которых ушло на ожесточенный спор, кому должен принадлежать красный бафф. Милые, хорошо одетые молодые люди несли такую околесицу, что продавец, слушая их, кажется, забыл, как дышать… Наконец он не выдержал. Опасаясь, что парочка так и будет весь день ругаться из-за существа стоимостью в полтора юаня, торговец вмешался:

— Парень, да послушай уже девушку, и дело с концом! Зачем вообще с ней спорить? Когда женщина разозлится, кто будет в пролете? Мы, мужики! Вот так доживешь до следующего месяца, захочешь ее обнять, а она оттолкнет и скажет: «Ага, а ты в прошлом месяце мне рыбку любимого цвета не купил!» Вот тогда пожалеешь, но будет поздно.

Лу Сычэн так и замер с открытым ртом. Тун Яо тут же воспользовалась этим, молниеносным движением выдернув сачок из его рук. Девушка быстро подцепила заветную рыбку и опустила ее в стоявший рядом тазик с чистой водой. Затем, вернув сачок продавцу, она, прищурившись, сказала:

— Шутите, что ли? Мы с ним не…

— А за юань эту рыбку отдадите? – перебил ее Лу Сычэн.

Тун Яо повернула голову и с удивлением посмотрела на внезапно начавшего торговаться парня: «Серьезно? Мужик, который приехал на „мазерати“, решил отжать себе пол-юаня? Совсем совесть потерял?»

Самое странное, что продавец сразу же согласился. Радостно ухмыляясь, он упаковал красную золотую рыбку в пакет и, протягивая Лу Сычэну, сказал:

— У меня девушка – точно такая же капризная. Уж на что я мужик здоровый – и то с ней справиться не могу!

Под это ворчание капитан, не говоря ни слова, взял прозрачный пакет, высоко поднял и посмотрел сквозь него на солнце. Взгляд у него был такой серьезный, такой проникновенный… как у умственно отсталого.

Тун Яо закатила глаза:

— Да вы все неправильно поняли, мы с ним…

Но тут капитан, перебив этот поток откровений, похлопал ее по затылку. Тун Яо подняла голову: Лу Сычэн, секунду назад созерцавший рыбешку, с каменным лицом уставился на девушку:

— Ну, чего смотришь? Плати.

Тун Яо, всем своим видом выражая безысходность, вытащила монетку и вложила в ладонь продавцу.

— Идем, – проговорил Лу Сычэн.

Он холодно скользнул по ней взглядом и развернулся, чтобы уйти. Девушка поспешила было следом, но тут ей наперерез проехал кто-то с тележкой, груженной товаром. Тун Яо пришлось притормозить, а когда тележка проехала, вокруг уже снова сомкнулась толпа.

Девушка приподнялась на цыпочки, пытаясь разглядеть, куда подевался Лу Сычэн, как вдруг чья-то большая рука потянула ее в сторону.

— Пошли уже. Что ты там высматриваешь?

Тун Яо пошатнулась, едва не потеряв равновесие, и шагнула туда, куда ее тащили. Когда до парня оставался шаг, она услышала:

— И зачем ты в такую жару напялила рубашку с длинным рукавом?

На лице Лу Сычэна при этом не было никаких эмоций. Он зашагал вперед. В одной руке капитан держал пакет с плавающей туда-сюда золотой рыбкой, а другой удерживал тонкое запястье девушки, не отпуская его до самого выхода с птичьего рынка. Лишь там, где народу было уже поменьше, парень незаметно разжал пальцы. Потом, нахмурившись, огляделся по сторонам: машины и люди, люди и машины… Внезапно Лу Сычэн понял, что не помнит, где именно оставил свой автомобиль.