Книга Влюбиться в твою улыбку. Книга 3, страница 115 – Цин Мэй

— Надо же. Нам же на Кубке на сцену не выходить, а ты побрился – сам, добровольно.

— Сяо Жуй велел. – Голос Лу Сычэна звучал низко. Парень поднял руку и стал теребить мочку уха Тун Яо. – Он сказал, что хоть мы на сцену и не выходим, но будем сидеть в зале, а там камеры, можем попасть в кадр.

— А-а-а… – протянула девушка, пропустив его объяснение мимо ушей.

Оглянувшись, она посмотрела в зеркало на свои губы, влажные и порозовевшие, и метнулась к туалетному столику, чтобы накрасить их помадой. Лу Сычэн закинул ногу на ногу и взглянул на ее отражение.

— Ты мажешься этой ерундой специально, чтобы я тебя не целовал?

Рука Тун Яо, наносящая помаду, застыла в воздухе.

— Целуй. Она не ядовитая. Просто чуточку дорогая.

Лу Сычэн спокойно смотрел, как Тун Яо докрашивает губы, а потом заново замазывает консилером красный след на шее, и вдруг выдал:

— Если сейчас спустимся вниз и скажем всем правду, еще сможем в Сямыне жить в одном номере.

Тун Яо вздрогнула, и консилер с силой ткнулся ей в кожу. Девушка повернула голову и посмотрела на капитана.

— Это кто же собирается жить с тобой в одном номере?

— Я так хочу.

— Извращенец!

— Просто тайный роман – это слишком утомительно. Боюсь, если так пойдет, то, когда ты уйдешь из киберспорта, сможешь открыть киоск по продаже минералки.

Тун Яо фыркнула, отвернулась обратно и, продолжая мазаться, проговорила:

— Подумайте о своих фанатах, господин «Лицо киберспорта, ноль скандалов, ноль негатива». Тебе больше фанаты не нужны?

Капитан ненадолго замолчал. Тун Яо с любопытством покосилась на него через зеркало. Он нахмурил брови и серьезно сказал:

— Фанаты мне не нужны. Мне ты нужна.

Тун Яо застыла в сладостном, но неловком замешательстве, потом моргнула и, фыркнув, сказала:

— Совсем дурак? Иди уже вниз!

Лу Сычэн вздохнул, встал и направился к выходу.

— Эй! Прихвати мой чемодан, а?

Почти дойдя до двери, капитан, пятясь, сделал пару шагов обратно, поднял чемодан с выражением безнадежной покорности, вышел и закрыл за собой дверь. В комнате внезапно стало очень тихо. Отложив косметичку, Тун Яо посмотрела на себя в зеркало. Улыбка медленно сползла с лица девушки. Помолчав, она пробормотала:

— Фанаты ему не нужны… Как будто я с этим жить смогу. Вот идиот-то. – Она подняла руку и провела по зеркалу. – Совсем дурак…

Когда Тун Яо спустилась вниз, Пухляш громко возмущался и нес всякую околесицу, жалуясь, что он скоро совсем уже отощает от голода. Присев перед обувным шкафчиком, девушка спросила, не поднимая головы:

— Ну что, Пухляш, брат Чэн вчера тебя вытянул обратно в мастера?

Гробовая тишина была ей ответом. Тун Яо обернулась и увидела, что саппорт показывает на огромные темные круги под глазами.

— Как думаешь, такие грустные синячищи бывают у мастеров?

Тун Яо с удивлением уставилась на него. Потом повернулась к Лу Сычэну – тот заваривал себе кофе на кухне – и спросила:

— Брат Чэн, ты что, обижаешь нашего Пухляшика?

— Нет, – небрежно ответил капитан и, проходя мимо, сунул в руки толстяку растворимую лапшу в упаковке в виде стакана. – В аэропорту попроси, чтобы тебе дали кипятка, и завари себе. И не ной.

Пухляш прижал лапшу к груди. С улицы послышался голос Сяо Жуя: «Автобус приехал! Хорош копаться!» Тун Яо поспешно обулась и потянулась за чемоданом, но Лу Сычэн успел его перехватить.