Книга Огонь, пепел и ветер, страница 64 – Северина Мар

— Может быть тогда мы можем взять одно имя, но достаточно длинное, чтобы его можно было бы разделить на три части? — предложила компромисс Селена, и дракон с ней согласился.

Дальше началось самое сложное. Она предлагала имена, а головы их отвергали.

— Вэлериэнус, это значит сильный.

— Красивенько!

— Звучит слишком похоже на имя одного червяка, которого мы знали. Так что нет.

— О, а Айвоэннис?

— А есть, что-нибудь, что не заканчивает на «нис»? Нам такие имена не очень нравятся.

— Рубентий?

— Вроде неплохо.

— Ой, фу, звучит глупенько!

— Гордиан?

— Вроде ничего.

— Да, нет, глупое и дурацкое имечко.

— Кенсорин?

— А какие еще имена есть?

Селена предлагала один вариант за другим, но даже если двум головам он нравился, то третья его отвергала.

— Андроник? — произнесла она, уже ни на что особенно не надеясь.

Головы молчали, словно бы обкатывая в уме имя, как вода катает речные камни.

— Ан — Дро — Ник, — повторила за ней средняя голова.

— А что значит это имечко? — спросила правая.

— Победитель людей, — пояснила Селена.

— Ха! Тогда нам это подходит!

— И правда, вовсе не плохой вариант, — поддержала средняя голова.

— Да! — лаконично отозвалась левая.

— Ну и отлично, — выдохнула было с облегчением Селена, и тут же встрепенулась. — Стойте, подождите!

— Что теперь?

— Я… я совсем забыла, что так звали ненаследного принца, младшего сына Севира Трехглазого, — призналась Селена.

— Звали? А больше то, что ли не зовут?

— Нет. Принц Андроник погиб несколько лет назад. Случайно попал под стрелу на охоте.

— Вот и хорошо! Имечко значит освободилось! Вот мы то тогда его и возьмем.

Головы распределили слоги между собой. Средняя голова стала Аном, левая — Дро, а правая Ником.

Дни продолжали тянуться один за другим. Каждый раз просыпаясь в мягком сиянии кристаллов, Селена все отчетливее понимала, что никогда еще не была так счастлива, как сейчас.

Всю свою жизнь она провела тяжко трудясь, от зари до заката, лишь бы только не умереть от голода, но дело было вовсе не в том, что теперь она жила в ленивой неге. Нет.

Никогда и нигде, ее принимали. Родная мать любила ее гораздо меньше, чем старших братьев и сестер, сетуя на то, что Селена родилась недостаточно сильной, умной и красивой, чтобы с нее вышел какой-нибудь толк. Другие дети неохотно брали ее в игры. Даже ее родные братья, сестры, кузины и кузены, которых набралось бы полдеревни, порой дразнили и колотили ее.

Уже по приезду в Альтору ей не удалось найти близких подруг. Даже возлюбленного у нее не было, а теперь, когда ей минул двадцатый год, она и вовсе уже не надеялась стать замужней женщиной. Отчасти, даже в сопротивление, она пошла для того, чтобы найти там близких по духу людей, но и там она была всего лишь жалкой посредственностью. Ей поручали задания, но никогда не хвалили за них, и даже не звали на общие собрания и увеселения.

Единственный раз, когда ее заметили, привел к тому, что она оказалась сперва в темнице, а затем и на Отборе.

Ей потребовалось спуститься под землю и оказаться в пещере, чтобы найти единственное во всем мире близкое ей по духу существо, которым оказался трехголовый огнедышащий дракон.

Селена, разумеется, любила матушку, братьев, сестер и прочую родню, потому что так было положено. Ей казалось, что она была влюблена в Каса — главу повстанцев. Долгими днями в темнице, она ждала, что он придет и спасет ее, но этого так и не случилось. Конечно, кто она такая, чтобы он пожертвовал собой и всем сопротивлением ради нее? Всего лишь одна из незадачливых шпионок, недостаточно ловкая и умелая, даже, чтобы сбежать самой от Тайной стражи.