Книга Огонь, пепел и ветер, страница 186 – Северина Мар

— Да, ты знаешь, она имеет большие связи среди знати, и ее любят в народе. Она приютила в своем дворце несколько семей, потерявших дома после атаки.

— Да, и устроила из этого развлечение для публики, — добавил Кир. — Одевает простолюдин в богатые одежды, и водит по дорогим местам, запечатлевает все на вещательные кристаллы и показывает в салонах.

— Ну, она всего лишь хочет им помочь, и показать, что можно жить иначе, — мягко возразил Страт. — Знаешь, у нее ведь такая нелегкая судьба. Говорят, — он понизил голос, как делал всегда, когда хотел посплетничать. — Говорят, что она из древнего рода, обедневшего и потерявшего все привилегии. Будучи юной девушкой, она сперва работала едва ли не служанкой, а потом успешно вышла замуж в первый раз. Так, что она знает, что такое жить в бедности.

Киру было пора возвращаться на Лунный остров и он призвал Арайя. Тот опустился посреди разгромленной дороги, хлопая крыльями, и пронзительно заклекотал.

Кир подошел к нему, и успокаивающе погладил по шее. Закурлыкав, Арай ущипнул его за ухо, и вдруг занервничав, защелкал клювом.

Обернувшись, Кир увидел Страта из-за которого испуганно выглядывала Криста.

— Госпожа Криста еще не разу не видела руха так близко, представляешь? — радостно сообщил Страт. — Ты ведь позволишь ей посмотреть на него поближе?

Первым порывом Кира было отказать. Он без особого умиления относился к детям, и не имел привычки их безудержно развлекать. К тому же, у Страта был свой рух, которого он мог бы призвать. Его Хаса был куда спокойнее и дружелюбнее порывистого Арайя.

Кир вдруг вспомнил, как Арай атаковал Фрола Зериона на насестной башне. От этих воспоминаний, ему почему-то стало обидно и неловко. У Кира закружилась голова, как порой бывало в последнее время, и на мгновение он словно увидел себя со стороны.

Внутри него снова пробудился внутренний голос, так досаждавший ему время от времени. Этой его внутренней сущности, с которой он устал бороться, было жаль девочку, оказавшуюся в одночасье в чужой стране, и Кир испытал непреодолимое желание порадовать ее.

Чувствуя себя странно от охвативших его противоречий, он держал Арайя одной рукой за голову, а второй за клюв, пока Триста неловко гладила его по шее, а Страт воодушевленно рассказывал ей о рухах.

— Тише, тише, потерпи еще чуть-чуть. Нельзя клевать детей, ты же знаешь, — увещевал через кольцо Кир, пока Арай косился на него желтым глазом.

Единственным, кого он подпускал к себе кроме Кира была Агата. Возможно, он привык к ней за то время, что девушка летала на его спине, или же его подкупали ее уверенность в себе и решительность.

Утолив любопытство Тристы, Кир, наконец, смог взмыть в небеса. Распластавшись на спине Арайя, он почувствовал привычную легкость, мешавшуюся с восторгом от полета, которого он не ощущал уже давно, с тех пор, как привык почти каждый день летать на рухе.

Далеко внизу промелькнули, превратившиеся в бесконечную стройку, улицы Альторы, зеленые воды залива, скалы и леса, покрывавшие Лунный остров. Сделав полукруг, Арай приземлился на круглую площадку на вершине насестной башни Приюта Цицелии. Дворец почти не пострадал во время атаки андалурцев, но многое в нем изменилось с тех пор, как его занимал дракон-император и невесты, дожидавшиеся начала испытания серебряного кольца.