Книга Огонь, пепел и ветер, страница 178 – Северина Мар

— Госпожа Агата, я хотел задать вам один вопрос, — тихо сказал генерал, когда они остановились.

Агата замерла, она была не в силах поднять на него взгляд. Словно, как только она это сделает, то ее сердце тут же разорвется.

— Что… что вы хотели, генерал Аверин?

— Прошу вас, зовите меня просто Кир, и можно я буду звать вас Агата?

— Конечно, — выдохнула она, чувствуя, как немеют ее конечности, а горло сжимает едва ли не до удушья.

Ей вдруг подумалось, а что если он хочет попросить ее руки?

Теперь, когда она больше не была невестой дракона-императора, он был волен это сделать. Неужели, Кир был не в силах сдерживать, обуявшие его чувства?

— Что же, прекрасно! Агата, я хотел у вас спросить, что вы собираетесь делать теперь, когда Отбор позади?

Агата нервно обхватила себя руками, чувствуя, как спавшая у нее в рукаве змейка закопошилась, пробуждаясь.

— Я пока не знаю, ге… Кир. Меня ждут дома. Моя сводная сестра выходит замуж, и я должна присутствовать на свадьбе, но потом я хотела бы вернуться в Альтору. После празднования зимних торжеств, начнется прием в Колдовскую академию, и Повелительница птиц будет набирать учеников впервые за последние пять лет. Я хотела бы попытать силы и попробовать поступить. Елена обещала написать мне рекомендательное письмо…

— Так значит вы будет в Альторе! Замечательно!

Не выдержав, Агата подняла на него взгляд. Он нежно улыбался ей и в глубине его светлых глаз сквозило нечто знакомое, но давно утерянное.

— Я рад, что вы будете в столице. Ваш дар слишком удивителен, чтобы вас потерять, и, разумеется, вы нужны Андронику Великому, а значит и всей Империи. Только вы одна способны до конца его понять, и даже немного влиять на него. Учитывая, что теперь в Визерии обитает еще двое драконов — ваш дар поистине неоценим!

Агата нахмурилась, понимая к чему он ведет. Ее сердце дрогнуло и его обдало холодом. Выходит, что он вовсе не хотел просить ее руки, а просто желал убедиться, что удобный и привычный инструмент никуда от него не денется и, как и прежде будет рядом.

— Так значит, я нужна Империи, но…

Прежде, чем Агата успела договорить, Кир вдруг побледнел, оседая на землю.

— Что с вами?! — воскликнула она, опускаясь рядом с ним, и путаясь в длинных рукавах и пышных юбках.

Она, конечно, не могла не заметить, что во время их путешествия в Андалур, да и после возвращения тоже, что Кир выглядит не то, чтобы больным, но словно потерянным и уставшим. Агата догадывалась, что за маской надменности и холодности, он испытывает все те же чувства, что и прочие люди, и, что ответственность, которую он на себя взвалил не могла не давить ему на плечи. Ей даже стало его жаль.

— Все хорошо, не берите в голову, — пробормотал Кир. — Честно говоря, его величество верно догадался — я и правда пропустил утреннюю трапезу, да и вечернюю, кажется, тоже.

— Вам надо лучше заботиться о себе, — не выдержав Агата протянула к нему руку, чтобы убрать темный локон, упавший на глаза.

Их взгляды встретились, и ее словно прошибло молнией. Она забыла и о ждавшей ее в Арлее семье, о драконе-императоре и его прародителях, и даже о графине Дэву, Магде, Елене, и служителях остававшихся поблизости в саду, и способных увидеть их. Ей казалось, будто они были только вдвоем и время вокруг них остановилось и застыло, как замерзшая за ночь вода в пруду.