Книга Огонь, пепел и ветер, страница 13 – Северина Мар

— Что желает почитать его величество сегодня? — медовым голосом поинтересовался брат Сильвий. — «Сладкий сон» — историю про целительницу, спасшую проклятого князя, или «Долгую зиму» — про дочь графа, пытающуюся найти лекарство для своего умирающего брата и случайно, познакомившуюся с…

— Его величество желает сжечь эти опусы вместе с их авторами и развеять пепел по ветру, — оборвал его Андроник Великий.

Он пребывал в дурном расположении духа, что случалось с ним теперь почти всегда.

Брат Сильвий побледнев задрожал. Дракон-император скосил на него глаза и чуть спокойнее добавил:

— Ладно, можно их не жечь, пускай живут дальше. Есть у тебя, что-нибудь про движение небесных светил, глубины морей или земное ядро?

— Я… я, наверняка, смогу… смогу найти, что-то подобное в библиотеке, — почти шепотом ответил брат Сильвий.

— Вот и хорошо, иди поищи. Подойдут еще книги про ботанику, законы мироздания и философию. Все, что угодно, что даст пищу нашему уму.

Поднявшись с колен, брат Сильвий попятился назад.

Солнце стояло высоко и, казалось, от его жара трескаются камни у подножия дворца. Дракон-император вместе с невестами отдыхал на крытой террасе, увитой плющом и плетистыми розами.

Внизу по берегу Серебряного ручья бродили фераты, похожие на крупных цапель с мощными длинными клювами и перьями, переливавшимися всеми красками неба на рассвете. Порой, кому-то из них удавалось выхватить из воды рыбу или лягушку и тогда он тут же проглатывал добычу, широко распахнув клюв.

Андроник Великий сидел в кресле с высокой изогнутой спинкой. У его ног устроилась Пинна. После всего, что случилось, она стала еще тише и смиренней, чем была всегда. Сама почти никогда ни с кем не заговаривала и лишь отвечала, если ее о чем-то спросить.

С другой стороны, на подушке расположилась Агата. Ей было так неимоверно скучно и в то же время тяжело на душе, что она даже взялась за рукоделие и пыталась вышивать шелковыми нитями полотно. Выходила, какая-то уродливая чушь, но она была рада занять руки.

Исора тоже скучала, и иногда шептала на ухо Агате, какие-то шутки. Лидия, похоже, уже не стесняясь, дремала с открытыми глазами, Магда стоически держалась, пытаясь не зевать.

Елена единственная из всех невест, сидела не на подушках, а в кресле, как и дракон-император. Ее кожа вернула благородную белизну после отравления, но она все еще была слаба и ходила с тростью, или же опираясь на руки служителей. Случившееся с другими девушками, стало для нее тяжким ударом, но не смогло сломить ее. Она все так же высоко держала голову.

Сегодня Елена была особенно задумчива. Ее взгляд то и дело скользил по Пинне, а порой и по Киру Аверину, стоявшему возле стен, вместе со служителями.

Сама Агата украдкой поглядывала на Фрола Зериона. Она не знала были ли они теперь союзниками, но они определенно сблизились. Верховный служитель многое рассказал ей о драконе-императоре. Например, от него она узнала, что у каждой из трех голов есть свое сознание и свой особый склад ума.

В последнее время все время бодрствовала голова, которую звали Ан, другая Ник — была ведущей почти сорок лет до того, а теперь, как будто погрузилась в сон. Третья — Дро, многие годы уже не просыпалась.

Фролу Зериону сложившаяся ситуация не давала покоя. Ан был непредсказуем, властен и упрям. С ним было гораздо сложнее сладить, чем с ребячливым и непосредственным Ником. В своем нынешнем состоянии дракон-император наотрез отказывался запечатлеваться на вещательные кристаллы, хотя раньше его это не беспокоило.