Книга Сердце истинного вампира, страница 90 – Северина Мар

Знала ли Тамара, что они выдержат перенос, или она так пыталась их убить?

К счастью, они оказались не так далеко от берега и вскоре уже карабкались по скользким гранитным ступеням пристани.

Издалека доносился шелест автомобильных колес, визг клаксонов, шаги и голоса. Несмотря на ночь, город не спал. Катаржина понятия не имела, где они оказались и что делать дальше. К счастью, Яков знал: он подхватил ее под руку и повел куда-то вперед.

— Пойдемте, лучше нам спуститься в канализацию. Там трубы, будет тепло, – сказал он как о чем-то обыденном.

— Что? В канализацию? – воскликнула Катаржина, не веря своим ушам.

— Ага. Я, когда бываю в городах, часто там живу. Есть свои минусы, конечно – дурно пахнет, в дожди поднимается вода, бездомные, подземная мафия, крысы везде. Хотя крысы скорее плюс. Люблю их.

Слушая его болтовню, Катаржина вспомнила беременную крысу, забравшуюся к ней в номер Хортске.

— Эй, а ты, кажется, умеешь управлять мелкими грызунами? – спросила она, пока они шли вдоль улицы. – Белки эти твои… Куда ты их, кстати, дел?

— Оставил Душану. Знаете, всем нужны друзья, даже белкам и уж тем более вампирам.

— Не заговаривай мне зубы! Белки у него друзья… А ту крысу в отеле тоже ты мне подослал?

— А, догадались все-таки? – Яков покосился на нее, смущенно улыбаясь.

Они нашли круглый канализационный люк, и Яков отвлекся, чтобы поднять металлическую крышку, открывая темный и дурно пахнущий проход.

Катаржина хотела продолжить разговор, но совсем близко послышались шаги и голоса. Пришлось поторопиться и, зажав ладонью нос, спуститься по железной лестнице в темноту. За ней последовал Яков, предусмотрительно вернув на место крышку.

Внизу было темно, но мрак не помеха ни для вампира, ни для оборотня. Катаржина прекрасно могла различить бетонные стены с подтеками, оставленными водой, и переплетения толстых труб, устремлявшихся вдаль по узкому и длинному туннелю. Пахло экскрементами. Слышался топоток крысиных лап и тихий писк. Но все недостатки перевешивали тепло и влажная духота, от которой зубы стучали меньше, а пробравшая все тело дрожь понемногу уходила.

Они прошли чуть дальше по тоннелю, пока не нашли удобный закуток, напоминавший пещеру. Зайдя в него, Яков принялся раздеваться и развешивать мокрую одежду на горячих трубах.

— Ты это чего? – удивленно покосилась на него Катаржина, зацепившись взглядом за мраморную влажную кожу и литые мышцы груди.

— Так холодно. Пусть посушится, – пояснил тот.

— Логично, – согласилась она и тоже начала раздеваться.

Ни своя, ни чужая нагота никогда ее не смущали, зато, похоже, смущали вампира: он придушенно хрюкнул и резко отвернулся. Кончики его ушей заалели. Кто бы мог подумать, что кровососы могут краснеть?

Раздевшись, Катаржина сладко потянулась, чтобы размять забитые во время заплыва мышцы и, хрустнув костями, обернулась волчицей.

Яков сел в углу под трубами, обхватив себя руками. Он все же не стал раздеваться до конца и остался в тонких, еще влажных кальсонах, которые не особенно что-то скрывали.

Веки слипались, хотелось спать, но оставить его без присмотра Катаржина боялась – вдруг еще сбежит. Она легла рядом, окружив его своим телом и прижавшись боком к ногам. Яков осторожно коснулся ее загривка и погладил по голове и ушам.