Книга Сердце истинного вампира, страница 164 – Северина Мар

Катаржина заняла свое место рядом с пустующим стулом Игната и вдруг почувствовала себя ужасно одиноко: теперь она была одна по эту сторону стола. Вокруг нее засуетились служанки, подавая тарелки и приборы.

Сидевшая напротив Агнешка казалась еще более потерянной, чем всегда. Ее глаза покраснели и опухли, словно она долго и много плакала, она еще сильнее похудела и напоминала кузнечика, выряженного в не по возрасту детское розовое платье в цветочек с кружевом по подолу. Глядя на нее, Катаржина задумалась, почему Виолетта всегда одевала Агнешку так, словно последние пять лет проспала и не заметила, как дочь превратилась сначала в подростка, а затем и вовсе во взрослую девушку. Когда все уляжется, надо будет пройтись с ней по магазинам и купить нормальную одежду вместо этих убогих тряпок.

— Как ты? – спросила Катаржина, поймав взгляд Агнешки.

— Что? – та уставилась на нее, распахнув огромные голубые глаза, и уронила вилку.

— Как ты себя чувствуешь, я спрашиваю, – повторила Катаржина и повернулась к стоявшей у дверей служанке: – Принесите ей чистую вилку. Вы что, не видите, что она свою уронила?

Покрасневшая служанка метнулась на кухню. Раньше Катаржина как-то не обращала внимания, что прислуга игнорирует младшую дочь Главы.

— Так как ты себя чувствуешь? – снова повторила Катаржина.

— Плохо, – едва слышно пробормотала Агнешка, сжимая дрожащими руками салфетку.

В свете люстры на ее указательном пальце сияло начищенное до блеска серебряное кольцо, украшенное ромашкой, – подарок Игната. У Катаржины сжалось сердце.

— Что планируешь делать дальше? – спросила она, нарезая поданное ей мясо.

— Не знаю. Может быть, прогуляюсь перед сном…

— Я не об этом, а вообще. Через несколько месяцев начнутся вступительные экзамены в университет. У тебя еще есть время подготовиться, если захочешь поступать. Не думала об этом?

— Университет?! – глаза Агнешки загорелись. – Я… я хотела бы поехать в столицу и поступить в университет…

— Вот и чудно! Выбери, на какое направление хочешь подавать. Подберем тебе учителей, – заключила Катаржина и отправила нанизанное на острые зубья вилки мясо в рот.

— Панде Катаржина, что вы такое говорите! – вмешалась Виолетта, бросив на нее угрюмый взгляд. – У Агнешки слабое здоровье, куда ей в столицу? Да и время ли сейчас, когда пандер Витольд болен…

— Не настолько Агнешка и болезнена, чтобы держать ее взаперти. Руки-ноги есть, голова работает, утку вы за ней не носите. В конце концов, в столице тоже есть врачи и получше местных, между прочим. Что касается отца, то возможно… его состояние будет сохраняться какое-то время. У Агнешки вся жизнь пройдет, если она так и будет сидеть возле него. Какой с этого прок? Она же не медсестра, – возразила Катаржина.

Виолетта набычилась, а пандер Людмил бросил через стол на Катаржину взгляд, полный тревоги.

После ужина Катаржина вернулась в кабинет. Хрустнув костяшками пальцев, чтобы размять руки, она вновь села за стол. Как бы Виолетта ее ни отговаривала, она была полна решимости отправить Агнешку в столицу на учебу. Давно следовало это сделать.

В дверь постучали. Зашел пандер Людмил с кипой бумаг, напоминавших покачивающуюся на ветру башню. Катаржина едва подавила вздох. Глаза слипались. Больше всего на свете она хотела закончить с работой и отправиться спать.