Книга Сердце истинного вампира, страница 146 – Северина Мар

Медсестра подошла к переплетению трубок и принялась закачивать в капельницу прозрачную жидкость из шприца.

— Вам лучше уйти, вы тревожите пандера Витольда, – заметила она, покосившись на Катаржину.

— Мы еще не договорили с отцом, – ответила Катаржина. Ее злило, что какая-то медсестра смеет ей указывать.

— Катаржина, уйди, – хрипло выговорил отец, закончив кашлять. – Нечего больше тут сидеть. Как будто тебе заняться нечем. Лучше разберись с делами в Ведомстве благоденствия… К вечеру жду от тебя отчет.

Катаржина сжала руки в кулаки. Ее жгли обида и злость, но она сдержалась и молча вышла из комнаты.

Катаржина зашла в кабинет пандера Людмила – тот, как всегда, был рад ее видеть. Они коротко переговорили, Катаржина озвучила свою просьбу. Пандер Людмил удивился, но согласился сделать все так, как она хочет.

Теперь оставалось только ждать. Катаржина вышла на террасу, накинув на плечи пальто с пышным меховым воротником. Было еще прохладно, но зелень на ветвях деревьев и кустов уже набухала округлыми почками. В клумбах покачивались тонкие ростки тюльпанов и нарциссов с сочными головками бутонов, готовые распуститься. Пахло тем особым ароматом, который бывает лишь в начале весны: свежим и чуть морозным, с нотами зелени и влажной земли. Но даже сквозь этот сладкий запах проступала смердящая гниль.

Катаржина приказала прислуге принести холодный лимонад, фрукты и сладкие пироги. Она сидела в плетеном кресле и смотрела на выглядывавшее из-за верхушек деревьев далекое море, искрившееся на солнце, когда птичье пение прервал гул моторов. Разбрасывая из-под колес гравий, во двор въехали бронированные машины. Улыбнувшись, Катаржина поднесла к губам бокал. Лимонад был чуть кислым, с привкусом апельсина и мяты.

Дверь за ее спиной распахнулась с таким грохотом, что задребезжали стекла. На террасу вышел Игнат. При дневном свете было отчетливо видно, как он похудел, как истончилась его кожа. Под запавшими глазами залегли густые тени. Он так и не оделся и ходил босой, в пижамных штанах и халате.

— Катаржина, что ты устроила?! – зарычал он.

— Я? Ничего особенного, – отозвалась она, изобразив удивление. – Я слышала, что на отца покушались несколько раз. Не так ли?

— При чем тут это? – Игнат сжал челюсти, и казалось, Катаржина могла слышать, как скрипят его зубы.

— При всем. Отцу угрожает опасность, а ты ничего не делаешь!

Обвинять других всегда было лучшей защитой.

— А что делаешь ты? Что это, – он взмахнул рукой, указывая на рассредоточившихся по двору офицеров, – тут делает?

— Это надежные люди. Они усилят охрану.

Подкрепление из Ведомства порядка вызвал Домак. Он уверял, что этим людям можно доверять. Теперь, глядя на них, Катаржина слегка изгибала бровь.

— Что могут усилить вчерашние дети? – поинтересовался Игнат. Он почти повторял ее выражение лица. – Они же выглядят так, будто только вчера выпустились из Кадетского корпуса!

Судя по всему, Игнат был прав: суетившиеся перед домом офицеры и правда выглядели очень молодо. Отряд Домака остался в Ирольске и вряд ли без колдовства успел бы за сутки перебраться в Морнаво. Похоже, он и в самом деле вызвал отряд, сформированный из недавних выпускников. Кажется, он упоминал про друга из бывших сослуживцев, преподававшего в Кадетском корпусе.