Онлайн книга «Прелюдия зверя»
|
— Прекрасно, – цедит сквозь зубы, но следовать совету не спешит. Судя по напряженному взгляду исподлобья, я не просто задела его самолюбие, но прошлась по нему тараном, а затем сплясала на осколках. — Не уйдешь? – спрашиваю уже более миролюбиво. Выгнать его силой вряд ли получится, он сильнее, да и застать врасплох не выйдет – реакция двуликого куда лучше моей. Но если я сдамся слишком легко, животное может что-то заподозрить, а потому оттаивать и усыплять бдительность придется медленно, шаг за шагом, но так быстро, насколько это вообще возможно, пока запоздалые человеческие инстинкты не привязали меня к нему, лишая права на месть. — Это вряд ли, – он продолжает неподвижно стоять напротив меня, руки все так же сложены на груди, но ткань на широких плечах натягивается, выдавая напряжение. В тесной комнате повисает молчание, которое я решаю нарушить примирительным: — Я ужинать собиралась. Если ты не будешь больше на меня набрасываться, – если верить всему, что говорят о парности двуликих, то давление на совесть обезумевшего животного – то, что нужно, – можем поесть вместе. Он настораживается. Брови медленно ползут вверх, а взгляд темных глаз принимает насмешливое выражение. — Отравить меня вздумала? — Да как ты…? – возмущаюсь, но он перебивает. — Тогда с чего такая перемена в настроении? Ты ж погляди, и правда не идиот. — Оттуда, – бурчу под нос, спрыгивая со стола, но не торопясь сбросить с плеч чужую шубу. Все же мое платье рванное, а проверять выдержку стоящего напротив животного не горю желанием. – Отвернись, мне надо переодеться. Мужчина только хмыкает, но не меняет позы. — Ты глухой? – маска покорности и смирения снова слетает. Вот с кем угодно могу претворяться, но этот же тип бесит меня настолько, что удержать эмоции в узде оказывается выше моих сил. — Как минимум не тупой. Отвернуться, чтобы ты огрела меня чем-нибудь тяжелым? — Можно подумать, к двуликим так просто подобраться со спины. — Ну тебе проще чем другим. От тебя мой зверь подвоха не ждет. Очень интересно. Нужно запомнить. — Ну так и прислушайся. Он кажется мудрее тебя. Наглый тип смотрит на меня с какой-то жалостью, как на дурочку, но тему не продолжает. — Мне надо переодеться, – упрямо гну свое. – Обещаю, что просто сменю платье. Вместо ответа он подходит к стоящему у стены сундуку, встает так, чтобы не терять меня из поля зрения, и принимается беспардонно рыться в моих вещах. — Ты что творишь-то?! – от возмущения мой возглас даже мне кажется слишком громким, а тип так вообще неприлично морщится. Ты глянь какой чувствительный. – Руки от моих вещей убери! – подкрепляя слова действиями, пытаюсь оттащить его за плечо, но это все равно, что пытаться сдвинуть шкаф. Если бы уперлась ногами в стену и толкнула, может и вышел бы толк. — Вот, можешь прикрыться этим, – наглец достает потрепанное, истончившееся от времени одеяло, а я вдруг резко прихожу в себя, и эмоции как-то разом стихают, словно покрываясь коркой льда. Так-то лучше. Так привычнее. Это одеяло – единственное, что осталось мне от моей настоящей жизни. В нем меня нашли на пороге приюта, только его я и забрала, когда решилась бежать оттуда, осознав, что сама я прокормлю себя куда как лучше. И именно эта вещь как никакая другая приводит меня в чувства и напоминает об истинной цели. Не время расслабляться. Не с этим мужчиной. |