Книга Опальная жена для кронпринца. Право на любовь, страница 136 – Мария Вельская

— Ты права, — пробормотала, расслабляясь полностью, — я просто волнуюсь. Что, если император…

Не одобрит развод. Что, если народ империи никогда не примет ту, что уже была замужем за одним их принцем. Что если…

— Блюм! — Раздался весёлый вопль над ухом.

Я резко распахнула глаза и вскрикнула.

Довольная паршивка показала мне язык и отвесила увесистый щелбан. Я, значит, открываю ей душу. Я жалуюсь на жизнь, доверяю свои тревоги, а он — смеяться? Ну всё, Маэни, держись! Я буду беспощадна! Я прищурилась — и загребла побольше пены. Вот так, получай! Н-на тебе! Щиплется? Так это хорошо, сплошная польза, дез-ин-фек-ция, вот!

— Лови-и! — Захихикала, как девчонка, стражница.

И вдруг всё стало неважным. И её шрамы, и напускная строгость, и обычная холодность и немногословность. И моя неловкость и страх заводить друзей.

Мы носились по бассейну, как два подростка, смеялись до того, что закололо в животе и забыли обо всём на свете. Наконец, Маэ меня подловила. Опрокинула в воду, засыпала свежей пенкой и радостно притопила, заставив вынырнуть, затрясти головой, хохоча, и начать прочищать уши.

— А хорошо, — протянула, растягиваясь на мостике, который нависал над водой. Помещение было воистину королевских размеров, — давно я так не позволяла себе отдохнуть, — на мгновение лицо Маэни осветилось почти детским восторгом.

Она была сейчас такой юной, такой… настоящей. Без оков, условностей, ограничений и шрамов внешнего мира.

— Да, хорошо, — отозвалась я эхом, — никогда в такой огромной ванне… то есть бассейне не купалось.

— Ради этого стоит выйти замуж за принца, а? — Маэ насмешливо хмыкнула.

Я вяло швырнула в неё мылом.

— Только не за этого. У меня яда на него не хватит.

— У своего священного зверя нацедишь, — хлопнула по воде Маэ, — вот кто всегда готов отравить Тристана!

Я вспомнила злобное ликование Корри и яростное, нечеловеческое желание рвать когтями отступника и убийцу. Что ж. Пожалуй, Маэни была права как никогда.

— И все-таки, — протянула я негромко. Что я знала о любви? Настоящей любви, а не глупой влюбленности, замешанной на манипуляциях и магии? — я не понимаю, как он собирается это провернуть. Шаннер… — хмыкнула, — ему и так придется столкнуться с огромным давлением. Если у нас всё получится. Если мы… — даже сейчас я опасалась произнести это вслух. Если императрица и Тристан будут мертвы, как и другие заговорщики, — уничтожим заговор. Не лучше ли ему будет заручиться поддержкой народа? Да и император вряд ли будет в восторге. Я ему не слишком нравлюсь, — хмыкнула, вспоминая нашу недолгую встречу.

— Вот ты и ответила на вопрос, — ухмыльнулась Маэни, — если ты будешь той, кто принесёт процветание и возродит род крылатых, у тебя будет такая популярность и поддержка среди народа, что никто и слова не скажет. Хоть за огра немытого замуж выходи… ну, это уже крайность, — расхохоталась.

— Мне нужно, чтобы мне дали развод раньше, чем Тристан… чем всё будет кончено, — процедила сквозь зубы.

— Значит, сначала придется прогуляться и исполнить это быргово пророчество, — пожала плечами Маэни и поднялась, гибкая и ленивая, как дикая кошка.

— Если смотреть на это так — то звучит не как что-то невыполнимое, — мы переглянулись.

Правильно ли говорить, что это пугающее чувство, которое я испытываю к наследнику — любовь? Мне хочется видеть его, постоянно. Касаться. Ласкать. Видеть, как его лицо искажается от восторга и желания. С Тристаном такого никогда не было. Я хотела, чтобы Шаннер Мъярг жил, дышал, получил всё, о чем мечтает. Я хотела оградить его, защитить его от всех бед. Он был нужен мне, как дыхание, как последняя надежда, как луч солнца, который вот-вот скроют тучи.