Книга Я не была твоим врагом, страница 98 – Юлия Арниева

— Здесь будет удобно, трава скошена, – прервал мои благодушные мысли Алан, вперившись в меня немигающим и вопросительным взглядом.

— Я расстелю одеяло, – проговорила, с трудом отведя свой взор, торопливо отвернувшись и сбрасывая с себя странное наваждение. Я принялась снимать с лошади мешок с припасами, но мою ладонь тут же накрыла широкая и мозолистая, а вторая рука обвила мою талию и прижала к мощной, горячей, словно раскалённый камень, груди.

— Я сниму, – выдохнул мне в ухо муж, нежно убирая мою руку с котомки, – Эйли тебе хочет кое-что показать.

— Хорошо, – кивнула, внезапно ощутив, как мои щеки опалило жаром. Я быстро отдернула свою руку и поспешила к девочке.

Только спустя десять минут мое сердце вернуло свой обычный ритм, а лицо прекратило пылать. Гуляя по берегу прозрачной как слеза реки, загребая носками туфель песок и мелкую гальку, я, слушая девочку, то и дело косилась на мужчину, замершего на небольшой полянке.

— И она загорелась. Я правда не хотела, но леди Сесиль стала ругаться, – до моего сознания донесся обиженный голос девочки, а в мою руку крепко впились крохотные пальчики, – я принесла ей мазь, но она меня выгнала.

— Ты обожгла леди Сесиль?

— Нет, Огонёк, – с тяжелым вздохом повторила Эйли, ожидающе на меня посмотрев. Что ответить ребенку, я, признаться, не представляла, не располагая достоверными сведениями, но, зная леди Сесиль, я была уверена – ящерка наверняка была права в своих действиях. Однако говорить такое крохе я не могла, поэтому, улыбнувшись, промолвила, – думаю, Огонёк вспылила и потом пожалела о содеянном, тебе не стоит больше об этом беспокоиться.

— Папа так же сказал, – улыбнулась Эйли. Вдруг выдернув ручку из моей ладони, девочка побежала к отцу.

Было удивительно тепло и приятно смотреть, как меняется лицо у мужчины при малышке. Куда-то исчезал хмурый вид, морщинка между бровями разглаживалась, губы растягивались в заботливой улыбке, а во взгляде я видела гордость и все же любовь…

— Ты готова? – вернул меня на землю торжественный голос Алана, девочка, не раздумывая, быстро-быстро закивала и плюхнулась на уже расстеленный плед, – значит, начинаем.

Я, взглянув на остановившихся неподалеку от нашей полянки стражей, прошла к брошенному на траву холщовому мешку и, разложив его у небольшого куста, укуталась в куртку – с реки потянуло свежей прохладой – и с интересом принялась наблюдать за тренировкой.

— Сосредоточься на силе, спящей внутри тебя, – размеренным голосом говорил Алан, взяв дочь за руки, но его взгляд был направлен на меня, – почувствуй дар. Прими его. Стань единым целым с силой. Доверься ей. Выпусти свой дар…

— Получилось! Два Огонька, пап! У меня два Огонька! – вдруг прокричала девочка, невольно разрывая нить, протянувшуюся между мной и Аланом. Необычное ощущение в груди, словно мыльный пузырь, лопнуло, а по моим рукам холодной волной пронеслись мурашки и вскоре бесследно исчезли.

— Ты сильна, Эйли, я знал об этом. Теперь знаешь и ты, – с гордой улыбкой проговорил мужчина, следя за хаотичным бегом вокруг свечей двух маленьких элементалей, – ежедневные тренировки приносят плоды и помогут тебе подчинить свой дар.

— Я буду тренироваться, папа, – пообещала девочка, радостно показывая мне на своих ящерок, – Таллия, смотри, два огонька.