Книга Академия проклятых: Кровь отверженных 2, страница 65 – Александра Ермакова

— Понятия не имею, что это. Сама только проснулась и пыталась разобраться, что за картина… – проворчала я.

— Да, мазня занятная, – покивал задумчиво Шепс. – Но Пса я узнал сразу, – ткнул в размазанные очертания.

Я нахмурилась, покусала губу, стараясь увидеть то, что видел Грознич, а потом меня осенило. Я отошла к противоположной стене, чтобы картинка стала меньше и фокус уже…

— Точно! – ахнула открытию. Теперь рисунок был более компактным и чётким. – Вот Луна! – указала я на рисунок, который занимал почти всю стену и сбивал с общей мысли. – Просто огромная… Она – фон. А от волка только часть башки… Пасть, клыки… он воет на Луну? – осторожно предположила, покосившись на Шепса.

— Ты нарисовала его… боль, – осуждающе вернул на меня холодный взгляд Грознич.

— И жутко утомилась, – не зная, как ещё отреагировать на эту реплику, решила отмахнуться от темы я. – Нужно стену отмыть, пока ректор не увидел.

— Нельзя…

— Почему? Тут нет ничего важного для истории, – настаивала на своём.

— Но ты такого никогда не рисовала. И так… не рисовала! – упирался Шепс. – И если ты не видишь в этом важности, не значит, что её нет для остальных.

А вот сейчас словно обвинял.

— Что ты хочешь этим сказать? – прищурилась я.

— Ты действуешь импульсивно, а это чревато. Тебе не хватает холодного расчёта и спокойствия.

— О-да, этого тебе не занимать?! – вернула пять копеек.

— Я не ругаться пришёл и сейчас лишь советую не горячиться. Ректору стоит узнать, что ты нарисовала, даже если просто для галочки.

Я недовольно посопела, и всё же…

— Хорошо, – решила не упорствовать в таком незначительном вопросе. – Я тебя услышала. И раз ты закончил утренние нравоучения, может, объяснишь, что случилось? Чему обязана такому раннему визиту?

— Мистер Шайх хочет тебя видеть!

— Блин, – закусила губу я. – Он узнал о вчерашнем?.. Зол? – завалила Грознича вопросами, жадно выискивая в его непробиваемой мимике хоть намёк, что мои предположения верны.

— Понятия не имею… – дёрнул плечом Шепс. – Мы с ним столкнулись в коридоре, и он велел тебя позвать…

— Понятно, – кивнула я. – Дай мне пару минут…

— Мне выйти? Или…

— Выйти! – торопливо отрезала я, не желая видеть наглую ухмылочку упыря.

Пока шли, говорили о всяком, и планировали, как дальше будем развивать мои способности и узнавать пределы силы…

— Доброе утро, – заглянула в кабинет ректора, и оставляя Грознича в приёмной, несмело вошла, когда мистер Шайх отозвался:

— Да, Елисия, выходи, – ректор на миг оторвался от книги, которую изучал до моего прихода. Он был, как всегда, одет по-деловому, но сейчас… галстук – ослаблен, а пиджак висел на спинке стула.

— Вы хотели меня видеть? – робко шагнула к столу и аккурат, как мистер Шайх захлопнув книгу, сдвинул её в сторону, осеклась. На краю, за стопкой других книг, уткнувшись клювом в манускрипт, переминалась с лапки на лапку… птица. Ворон.

Сэм?

Видимо, ощутив заминку, птица подняла голову и повернула: то вправо, то влево, кося на меня то одним, то другим чёрным глазом.

— Привет, Лиса, – каркнул ворон.

Не отдавая себе отчёта, я отступила, но голос ректора остановил:

— Как у тебя дела? Новости есть? – буднично, почти скучающе.

— Н-нормально, – а взгляда с птицы не сводила. Мне почему-то казалось, что ворон вот-вот сиганёт в мою сторону: бросится, пытаясь выколоть глаза.