Книга Телохранитель дракона, страница 11 – Ирина Андреева

— Есть же собачьи гостиницы!

— Не берут! Сейчас сезон отпусков, два месяца назад все места в гостиницах раскупили.

— Но ведь я тоже уезжаю! Руководитель группы не возьмёт её…

— А ты попроси хорошо, возьмёт.

— Он и слушать не станет.

— Мила, ну пожалуйста…

В общем, оставила я у себя чужую собаку. Обрадованная подруга сунула мне в руки пакеты с вещами Мары, чмокнула питомицу в нос и быстренько убежала, захлопнув за собой дверь.

— Об этом и речи быть не может! Я же говорил: никаких животных! — негодовал Виктор Петрович — руководитель нашей группы по туризму. Мы с Марой стояли перед ним, как провинившиеся школьники. Только я виновато опустила глаза, а Мара наоборот, смотрела на мужчину влюблённо. Он даже слегка смутился и смягчил тон: — Собака хоть привита?

— Конечно! — ответила я и тут же вынула из кармана куртки собачий паспорт.

Мара, хитруша, подошла к мужчине и подставила свою голову под его руку — мол, погладь меня. После этого её действия пятидесятилетний мужчина и вовсе оттаял.

— Эх, ваше счастье, что я собак люблю, — произнёс он, несколько раз проведя ладонью по её голове. — Но если что…

— Всю ответственность беру на себя, — опередила я руководителя.

Наша группа с радостью приняла собаку, сразу начали угощать вкусностями, за что получили от меня нагоняй. Породистых собак нельзя кормить ни конфетами, ни кириешками, ни чипсами. Эх, взяла я себе обузу, только глаз да глаз за ней. Был в нашей группе и мой друг — парень по имени Коля. Мы вместе с ним Вин Чун с детства занимались, и туризмом он увлёкся с моей же подачи. Коля с Марой быстро нашёл общий язык, к тому же у него у самого есть собака, которую он оставил с родителями.

Сначала ехали в специально нанятом автобусе, затем шли пешком. Было нас двадцать человек, с руководителем двадцать один и плюс собака. Ходили долго, любовались природными красотами, фотографировались на память. Добравшись до озера, на просторной поляне устроились на перевал. Мальчишки поставили палатки, девочки сварили кашу с тушёнкой на костре. Погода в начале лета выдалась прохладной, но несмотря на это самые смелые всё равно рискнули искупаться, потом грелись у огня. Мара резвилась, как щенок — жевала молодую траву, гонялась за ящерицами, лаяла на местных птиц.

Постепенно стемнело, все собрались у костра, двое парней принесли гитары. Какому-то пареньку, восемнадцати лет, новенькому в нашей группе, видимо стало скучно. Он надел на себя балаклаву и, изобразив руками когтистые лапы, принялся рычать на собаку. Мара с рыком рванула на него, я чудом успела среагировать — схватив её за ошейник, оттащила от перепуганного бедолаги.

Затем я стянула с парня маску и отчитала за дурацкую выходку:

— Ты что творишь? Это же собака! У неё инстинкты!

— Я пошутил, — промямлил новичок.

— Собаки подобных шуток не понимают, — объяснил ему Коля.

— Да ну вас! — обиделся паренёк. — Не пойду больше ни в какие походы. Скука смертная. Здесь даже сеть не ловит.

— А я предупреждал, что никакого интернета не будет, — вклинился в разговор руководитель. — Так что давай, угомонись и иди спать. Завтра в горы будем подниматься, скучно точно не будет.

Новичок недовольно фыркнул и ушёл в палатку. Его балаклава осталась у меня. Решив отдать завтра, я убрала её в карман и вернулась на своё место. Мара успокоилась, улегшись у моих ног. Руководитель тоже отправился спать, предупредив нас, чтобы долго не засиживались: с раннего утра предстоял долгий путь.