Книга Ключ от чужой жизни, страница 2 – Люсия Веденская

А потом я умерла, и все изменилось.

* * *

Я открыла глаза и будто очутилась в номере дорогого отеля: просторном, залитом мягким светом, с большими окнами и тяжелыми портьерами. Белые стены, переливы бежевого и золотого, гладкий пол, полупрозрачные занавески, которые колыхались от легкого сквозняка, приглушенный аромат дезинфекции с легкой ноткой лаванды. Все вокруг казалось слишком правильным, слишком чужим.

Прошло несколько мгновений, прежде чем я поняла, что это больничная палата. В жизни подумать не могла, что она будет такой комфортной, почти роскошной.

Рядом на кресле дремал мужчина. Высокий, крепкий, с короткой стрижкой и легкой щетиной. Одет он был дорого, но просто — рубашка без галстука, пиджак и брюки. Его лицо казалось усталым, но спокойным, и даже во сне в нем была какая-то тяжесть, будто он носил на себе груз, о котором я ничего не знала. На вид ему сложно было дать больше тридцати пяти лет.

Я осторожно подняла руку, словно боясь потревожить хрупкий сон, и легким движением коснулась его плеча. Он вздрогнул, медленно открыл глаза и посмотрел на меня, удивленно, как будто не верил, что я действительно проснулась.

Глаза его были добрыми, но полными усталости.

Я хотела что-то сказать, но слова никак не находили путь из горла.

Где я? Кто он? Почему я здесь?

Все вопросы роились в голове, но ни один не находил ответа.

— Ты проснулась, — сказал он тихо, улыбаясь так, будто эта улыбка была для него долгожданным спасением.

Я чуть улыбнулась в ответ, и в его взгляде прочитала: да, он действительно рад мне. Но радость не скрывала того, что мыслями он где-то далеко от этой палаты, что усталость и тревога сидят в каждом его движении.

Я не успела задать ни одного вопроса, за меня это сделала жизнь. В дверь тихо постучали, и почти сразу в палату вошла миниатюрная женщина лет сорока в голубой форме. Светлые волосы собраны в небрежный пучок, на лице красовалась искренняя улыбка, в руках она держала планшет с распечатками.

— О, доброе утро, — мягко сказала она, с явным облегчением глядя на меня. — Вы наконец-то с нами. Долго же вы нас держали в напряжении.

Она подошла ближе, мельком взглянула на мужчину, потом снова на меня и пробежалась глазами по планшету.

— Ну что я могу сказать. Анализы хорошие, показатели стабильные. Давление в норме, кислород в крови на отличном уровне. Все действительно идет на поправку. Операции прошли успешно, состояние средней тяжести, но уже без угрозы. Особенно сейчас, когда вы пришли в сознание. Это очень, очень хороший знак.

Я слушала ее, не вникая в слова, будто все происходящее касалось кого-то другого. Чужие голоса, чужие лица, чужие факты. Как фон в фильме, который ты включил просто чтобы не было слишком тихо.

Медсестра вдруг обернулась к мужчине с легким вопросом во взгляде, он коротко кивнул, и я успела увидеть, как изменилось его выражение лица на более хмурое и сосредоточенное.

Женщина опустила планшет, сделала шаг ближе, и голос ее стал чуть тише и серьезнее:

— Я обязана рассказать все, чтобы вы понимали свое текущее состояние. Простите, если это покажется резким… — она сделала паузу, словно подбирая слова. — Было серьезное внутреннее кровотечение. Множественные повреждения в области малого таза. Особенно пострадала правая маточная труба: мы диагностировали полный разрыв тканей, и нам пришлось ее удалить.