Книга Четыре шага в бреду, страница 27 – Евгений Таганов

— Бабушка еще не заснула.

— А мы тихо-тихо.

Бедная Вера — за что ей были такие секс-испытания.

Первый этап расследования, предпринятый Зацепиным, с подключением личных негласных связей с прокуратурой и ФСБ ни к чему конкретному не привел. После своего увольнения три года назад с места начальника службы безопасности холдинга «Элис» Лавочкин бесследно исчез из Москвы, по слухам, подался то ли в Киев, то ли в Харьков. Попросив нужных людей просмотреть следы Лавочкина в этих городах и ни за что не зацепившись, Зацепин направил свои стопы в сам «Элис» к главе холдинга Игорю Михайловичу Аникееву. Там майора, несмотря на его нешуточное удостоверение, не захотели пропускать, потребовали письменного изложения темы встречи. Зацепин тут же на вахте написал: «Речь идет об убийстве одним из ваших работников» — и уже через полчаса сидел в кресле желтой кожи напротив босса холдинга, вальяжного господина с повелительным ликом, над головой которого висело его фото в рамке рядом с Путиным.

— Если ты не прокуратура, не милиция, не ФСБ, то почему это интересует вояк? — был первый вопрос.

— Тебе об этом знать преждевременно, — не отказал себе в резкости Зацепин. — Скажем, я хороший знакомый генерала Карасева (последний был генералом ФСБ).

— И кто же кого убил?

— Твой бывший начальник службы безопасности Лавочкин.

— Надеюсь, он убил, уже когда не находился в моей фирме.

— Это случилось неделю назад.

— Ну так о чем разговор! Ищите и обрящете, как говорится.

— Есть основания полагать, что пять лет назад еще под крылом «Элиса» Лавочкин совершил, разумеется, через подельников, не менее десяти убийств. Оно тебе надо?

— Нужна очень солидная крыша, чтобы кто-то говорил со мной в таком тоне, — хозяин кабинета с трудом сдерживал раздражение.

— Перейдем на «вы» — и все наладится.

Аникеев неожиданно рассмеялся.

— А вы тот еще фрукт!

— Вы тоже ничего, — ответствовал майор.

— В общем, три года назад я Лавочкина уволил, после этого как-то не интересовался, где он и что с ним.

— Мне нужно ваше распоряжение нынешней вашей секьюрити о содействии.

— И чтобы это в конечном итоге вывело на прежние художества Лавочкина?

— Прошлое останется в прошлом, меня интересуют только его сегодняшние штуки.

— Это не вы тогда прислали мне фото и карикатуры?

— Не я, но познакомить с художником могу. (Художником был Алекс.) После Лавочкина, разумеется.

— Ну что ж, почти договорились. Завтра жду вас для заключительного раунда переговоров.

— Боюсь, одного дня вам не хватит навести обо мне справки.

— Согласен. Тогда послезавтра. — И Аникеев сделал пометку в лежащем перед ним ежедневнике. — Шестнадцать ноль-ноль вас устроит?

— Вполне. — И с видом дипломата среднего ранга майор направился к двери.

Только через пару дней Алекс в полной мере понял, почему ему так хорошо здесь в Ивантеевке. Сначала увидел Павлушу, местного Левшу, который еще тогда, в 1993 году, сумел на своем ужасном венгерском компьютере активировать чип, спрятанный в коста-риканском медальоне матери. На чипе был список 30 кремлевских агентов влияния с их заграничными банковскими счетами. Именно после передачи этого материала в Москву на их виллу в Лимоне произошел налет спецназа коста-риканской полиции. Теперь Левша работал компьютерщиком в солидной владимирской фирме.