Книга Четыре шага в бреду, страница 177 – Евгений Таганов

— А папа — Герой Советского Союза, — вставил Глотов.

— Да Маккой знает об этом, значит, и сэр Майкл в курсе. А какой тут может быть криминал? Наоборот, военная косточка. Честь и хвала такого захомутать.

— Тогда вообще какой смысл ехать? Если бы папа хотя бы в Генштабе служил, — в устах Свирида это прозвучало как забористая шутка.

— Я думаю, у него главный экзамен будет по православию и Библии. Аукнется год учебы в семинарии.

— Почему ты так решил? — с любопытством поинтересовался шеф.

— Потому что главный экзамен в Хельсинки у матрасников для меня был диктант по русскому языку. Диктовала природная русская учительница.

Все трое посмотрели на Жорку.

— По православию так по православию, — пожал тот плечами, мол, мне ли быть от этого в печали.

— Вы запись с пилотного ток-шоу сэру Майклу показывали, что он сказал? В отчете ничего не было, — вспомнил подполковник.

— Да ничего особенного, мол, посмотрел, спасибо, — прикрыл Глотова Алекс. — Что там вообще можно было выискать? Он просто расспрашивал арговского абитуриента ВГИКа о его поступлении на режиссуру и о первых впечатлениях от учебы. Про политику — ноль, про злых преподов — ноль, про язвительность других абитуриентов — ноль. Все только в позитиве. Главное, что двадцать минут из шестидесяти рот у ведущего не закрывался, и он ни разу ни в чем не сбился. Всегда завидовал тем, кто может долго гладко говорить, моего личного ресурса на это никогда не хватает. В общем, первый блин комом не был. Все теперь ждут, когда будет следующее. Вот вернется кругом круто завербованный и развернется на полную враждебную медийную англо-пропаганду. А мы его английскую блоху тут же и подкуем…

Они еще все это добрый час перекатывали с места на место, но в конце концов «добро» все же было получено.

— Как ты, однако, с ним разговариваешь, — не мог скрыть по дороге в «Арго» своего восхищения Хазин.

— Чему научила меня наша янычарская школа, так это ни на кого не смотреть снизу вверх. Когда все твои учителя в прошлом могучие нелегалы, то на простых контрразведчиков смотришь без всякого пиетета. Свирид тоже не дурак, понимает: будет требовать субординации — свой рейтинг шефа перед нами точно понизит.

— Все так, но мне показалось, что он от тебя как-то в чем-то зависит.

— Только в плане успеха нашего общего проекта, — не совсем искренне произнес Пан Директор.

Еще через неделю Жорка из Шереметьева улетел в лондонский Гатвик.

Вся деятельность Алекса в «Арго» развивалась теперь в виде пальцев одной руки: Первый палец — выставочная деятельность (чтобы было куда смотреть), Второй палец — фитнес по-копыловски: метательный тир, боксерская студия, ратоборские «Мечи и арбалеты» (чтобы было подвигаться), Третий палец — театральный зал и два кинозала (чтобы был мельпоменский ликбез), Четвертый палец — тусовка вокруг «Арго-ньюс» (чтобы было чего-то пообсуждать) и наконец Пятый палец — сплошная маниловщина: своя киностудия, свое ристалище, своя конюшня, свой театр, свое ток-шоу.

И все это начало приносить уже кое-какие дивиденды (пусть не материальные, но амбициозные). Так, со спонсором актрисы Таи Дуровым было договорено, что он негласно оплачивает все расходы работникам ДК по постановке первого антрепризного спектакля (получится, клуб будет вкладываться сильнее). А владелец гольф-поля Борисов не только согласился оплатить архитектурный проект кирпичного замка на своем ранчо, но и согласился, чтобы его возводила копыловское «Буратино».