Книга Кодекс Рода. Книга 4, страница 90 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Скорее всего, он поехал дальше. А, может, домой вернулся, — предположил мужчина.

— Жаль. Я уже настроился с ним сегодня встретиться, — признался я.

— Ничего страшного. Переночуем у моего друга и пойдем дальше, — приободрился он.

— Дальше? А вы разве не в противоположную сторону ехали? — уточнил я.

— Ехал, но придется вернуться домой. Далеко я без лошадей не уйду. Хочу попросить у соседа его лошадь. В подарок привезу ему чего-нибудь из Главного города.

Он ткнул пальцем в дом на отшибе и сказал:

— Там живет мой друг. Попросимся к нему на ночь. После встречи с гургами, не хочется оставаться на улице, а тем более спать. Неизвестно сколько таких вылезли на охоту. А, может, они уже идут по следу? Не-е-е, я хочу под крышу и обязательно запереть дверь.

Я согласился с ним и подумал, что было бы, если бы я лег спать на берегу болота. Скорее всего, они сначала съели бы мужчину, а потом нашли бы и меня.

— Кстати, я не представился. Меня зовут Ушук Мура. Я работал распорядителем вашего отца.

— Работали? А сейчас уже нет?

— Уже нет, — сухо ответил он.

Мы подошли к низенькому забору и, скрипнув калиткой, прошли во двор. Хоть было и темно, все равно складывалось ощущение заброшенности и неухоженности: покосившийся забор, облупившаяся краска на стене дома, заросший травой и мелким кустарником двор. Однако здесь явно кто-то жил, потому что остатки еды валялись неподалеку. Будто хозяин просто выкидывал все из окна, совершенно не заботясь о чистоте.

Ушук Мура подошел к окну и тихонько постучал об косяк. Мы подождали немного, но ответа не последовало. Чуть погодя, он снова постучал, но, как и прежде, безрезультатно.

— Давайте я. А то он, похоже, не слышит, — предложил я и уже занес кулак над дверью, но мужчина испуганно замахал и прошептал:

— А вдруг он занят чем-то важным? Нельзя его беспокоить в такие моменты, а то нам непоздоровиться.

Я подумал, что это шутка, но Ушук Мура оставался серьезным и прислушивался к тому, что происходило в доме.

— Он женат? — уточнил я, думая, что дело в этом.

— Нет. Такие, как он, не женятся.

Я хотел поинтересоваться, что он имеет в виду, но тут в окне появилось недовольное лицо.

— Карун, это я. Ушук Мура, — доброжелательно улыбнулся мужчина и замахал рукой.

Карун же не выглядел обрадованным, а, наоборот, неприязненно смотрел и молчал.

— Впусти нас переночевать, — попросил Ушу Мура.

Карун перевел взгляд на меня, а затем распахнул окно и грубо спросил:

— Это еще что за верзила?

— Ты не поверишь. Это сын Степана Мефодьевича, — восторженно заявил мужчина.

— А-а-а. Ну, заходите, — кивнул он и исчез из окна.

Вскоре заскрипел засов и дверь открылась. Ушук Мура зашел первым, а мне совсем не хотелось ночевать у такого негостеприимного хозяина. Однако решил, что это видимость и на самом деле он не такой уж плохой человек.

Внутри дом тоже был не прибран. В углах лежали кучи барахла, с потолка свисала паутина, под ногами хрустел сор.

Я огляделся и понял, что спать придется на полу, так как всего одна кровать и даже на нее было неприятно смотреть: грязно-серого цвета постельное белье, порванное одеяло, из которого виднелась свалявшаяся шерсть, и плоская подушка.

Хозяин дома будто прочел мои мысли и сказал:

— Вот такое у меня холостяцкое жилье. Без хозяйки дом, все равно, что улей без пчелы.