Книга Кодекс Рода. Книга 2, страница 72 – Алексей Ермоленков, Егор Золотарев

— Как мы с Семеном — не получится. Он с детства рядом со мной. Мы — семья.

— Да-а, везет тебе.

Сухарь ждал нас во дворе в компании со своей копией, которая моргала, как ненормальная.

— Тебе не надоело над ними издеваться? — усмехнулся я и хотел дотронуться до копии, но рука провалилась в пустоту.

— Нет! Мне очень нравится. Все-таки Сфера правильно нас распределила. Я просто кайфую от своей магии.

— Согласен, — кивнул я.

Мы дошли до академии, и я полез в карман за расписанием. Сегодня у меня занятия были в аудитории на третьем этаже. Едва я зашел, как услышал Зинаиду.

— Роман, подойдите ко мне! — она стояла возле доски и махала мне рукой.

Я поздоровался.

— Вы помните, что сегодня рассказываете студентам про одного из великих магов?

— Конечно, помню.

— Отлично! Через пять минут и начнем.

Она заняла место в первом ряду и приободряюще подмигнула мне. А я и не волновался. Правда, с большим бы удовольствием посидел на последней парте и позанимался своими делами, а не выступал перед студентами, которые, как и я, хотели быть в это время на полигоне. Вскоре прозвенел звонок.

Весь первый курс расселся по аудитории, сделанной в виде амфитеатра. Я присел на край преподавательского стола и со скучающим видом наблюдал за ними.

— Роман, начинайте! — услышал я громкий шепот Зинаиды.

Я хотел начать с представления. Вдруг кто-то еще меня не знает. Но не успел раскрыть рта, как в аудиторию ворвался декан.

— Големов, прошу последовать за мной, — громко сказал он.

— Что случилось, Никита Карлович? — засуетилась Зинаида, поднялась с места и подошла к нему.

— Это вас не касается. Ведите занятие. А вы, Големов, за мной, — декан развернулся и зашагал по коридору.

Я догнал его и спросил, чем вызвано его негодование.

— А вы не знаете?

Я задумался, но ничего путного в голову не пришло.

— Вот у ректора и узнаете. Не отставайте!

Мы подошли к приемной, в которой Егор шилом прокалывал какие-то документы.

— Ректор у себя? — спросил декан.

— Да. Доложить о вас?

— Я сам о себе доложу, — буркнул он и, постучавшись, зашел в кабинет. — Големов, за мной!

Егор вопросительно уставился на меня, но я пожал плечами и закрыл за собой дверь в кабинет ректора.

— Григорий Георгиевич, прошу прощения за то, что врываюсь без спроса, но у нас произошел из ряда вон выходящий случай, — декан вытер испарину со лба.

— Что случилось? — встревожился ректор.

— На полигоне номер два разрушена мишень. Никто в этом не сознался, поэтому я провел собственное расследование и выяснил, что это Роман последним оставался на полигоне. А значит, он испортил мишень.

Ректор перевел вопросительный взгляд на меня.

— Да. Мишень не выдержала и сломалась. Очень уж мощная шаровая молния получилась, — с гордостью сказал я.

— Вы уже шаровые молнии формируете? И как получается? — вмиг оживился ректор.

— Не совсем, но я стараюсь, — признался я.

— Это же уровень второго курса. Молодец! Я с самого начала знал, что вы очень талантливый человек! — обрадовался ректор и поднял вверх большой палец.

— Подождите, а как же мишень? Ведь она уничтожена по вине Големова, — недоуменно проговорил декан.

— Да, плюньте вы на эту мишень. Новую сделаем. У нас все застраховано, — отмахнулся от него ректор и продолжил выспрашивать меня о достижениях.