Книга Личный аптекарь императора. Том 9, страница 76 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Алло, Александр, это вы? — послышался знакомый голос.

— Да, Яков. Здравствуйте. Готов мой зельестрел?

— Готов, можете забирать.

— Сейчас подъеду.

Предупредив Диму и деда, что отлучусь, я поехал к мастерской Серебряковых. Ещё издали увидел белый густой столб дыма, поднимающийся от их мастерской.

Когда подъехал и подошёл к двери увидел уже знакомую вывеску: «Мастерская артефактов Якова Серебрякова. Чудеса и редкости. Заказ на изготовление и ремонт. Осторожно — магия!»

Только сейчас я понял, почему всех зовут Яковами Серебряковыми. Это имя — их личный бренд. Серебряковых может быть много, но Яковов — единицы.

Я постучал и, как и в предыдущие разы, мне открыл рыжий юноша. Он узнал меня, поэтому без вопросов пропустил внутрь.

Как только я переступил порог, меня окутала особая, почти осязаемая атмосфера мастерской, напитанной энергией манаросов и кристаллов. Воздух был насыщен эфирами терпкой меди, пряной древесины, горьковатым дымом благовоний, смешанных с ароматами редких растений и эфирных масел.

Отовсюду слышалось множество звуков: тихий звон металла, поскрипывание резца по дереву, звон стекла, тяжёлое дыхание мехов у горна и негромкие голоса. За длинными столами сидели мастера в кожаных передниках, в таких же нарукавниках и с налобными фонарями. Рядом с ними стояли коробки с инструментами и заготовками. У Грачёва была точно такая же коробка.

Из-за особенной, ни с чем не сравнимой атмосферы, царящей здесь, мне показалось, будто время здесь течёт иначе. Ремесло, связанное с магией, похоже на настоящее чудо. В очередной раз поймал себя на мысли, что мне здесь очень нравится. Я бы хотел быть частью всего этого, но, к сожалению, таких способностей у меня не было.

Издали я заметил, что в конце мастерской за своим столом сидит пожилой Яков, который рассказал мне про Грачёва. Мне стало интересно, что он про него знает, поэтому сразу направился к нему.

— Добрый день, — поздоровался я, обращая на себя внимание.

Старик поднял на меня глаза, подслеповато прищурился, затем поднёс к глазам лупу и пригляделся.

— Знакомое лицо. Мы встречались?

— Да. Я уже приходил к вам. Меня зовут Александр Филатов. Вы рассказали мне про Грачёва.

— А-а, да-да, вспомнил. Добрый день, Александр, — добродушно улыбнулся он. — Присаживайтесь, если найдёте, куда.

— Я ненадолго, — ответил я, когда поблизости не увидел ни одного стула.. Хотел задать вам пару вопросов про Грачёва.

— Вряд ли я смогу рассказать что-то ещё, — покачал он головой. — Грачёв очень скрытный человек. Если честно, я им восхищался и одновременно с этим побаивался. Открыто он ни с кем не враждовал, но все знали, что на его пути нельзя вставать.

— Если вы не хотите говорить, потому что боитесь его, то сразу могу успокоить: Грачёв мертв.

— Мёртв? — упавшим голосом сказал старик Яков. — Давно?

— Нет, всего несколько дней.

— Как он умер?

— Был убит, — коротко ответил я, не желая вдаваться в подробности.

— Убит… Хм, значит, и его настигла кара небес.

— О чём вы? — уточнил я.

— Мы, артефакторы, очень суеверны. Мы верим, что нельзя творить зло, оно возвращается. Именно поэтому с большой неохотой берёмся за изготовление артефактов, которые приводят к смерти. Гораздо приятнее создавать лечебные артефакты.

— Так вам есть что сказать про Грачёва? — поторопил я его.