Книга Личный аптекарь императора. Том 8, страница 46 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

«Так уж ничего?», — я лукаво посмотрел на неё.

«Ну-у-у, может кое-что и было, но не в таких масштабах», — уклончиво ответила она.

«Что ещё ты выяснила про колдуна?»

«В соседней деревне начался мор. Целыми семьями начали умирать от какой-то болезни. Все подумали, что это дело рук Луки. Кто и как его убил, духи не знают, но нашли мёртвым на крыльце собственного дома. Какая-то ведунья сказала, что нельзя хоронить его по-обычному, иначе вернётся. Поэтому повесили на его шею проклятое серебро и запечатали под камень».

Хм, получается, я не только снял кольцо, но и сдвинул камень, которым его закрыли. Вот знал же, что не надо с мертвяками связаться! Что же теперь будет?

«Как думаешь, он, действительно, так опасен, как про него говорят?»

«Не знаю, но хочется верить, что духи не соврали. Тогда он не просто красивый, но и очень сильный. А я таких просто обожаю!»

Гризельда махнула рукой и пропала.

Я остался один с тяжелым сердцем. Кислота раствори этого Луку! Что же мне с ним делать? А если он мстить начнёт за то, что с ним сделали? Этого допустить нельзя.

Может, вызвать его свистком и прямо спросить, что он намерен делать? Или сходить в его склеп и там поискать ответы?

Терзаясь тяжелыми мыслями и сомнениями, я лёг в кровать, но сон никак не шёл. Мне из каждого темного угла чудились его красные глаза.

В конце концов я решил, что даже хорошо, что колдун не просто дух, а во плоти. Ведь тогда я смогу применить на него свои зелья. Вряд ли «Пурпурный отравитель» сможет убить мертвеца, но ведь я могу его сжечь или растворить.

С этими успокаивающими мыслями я накрылся пуховым одеялом и заснул. Ночь прошла спокойно, но даже во сне преследовало ощущение, будто на меня кто-то смотрит.

Утром меня разбудил звонок Сени, который уже собрался и вместе с Аурикой ждал меня. Пока я умывался, позвонила Лена и сказал, что собрала корзину вкусностей и готова ехать. И чего они в такую рань поднялись? Нет бы поспать до обеда. Хм… я становлюсь похож на деда — такой же ворчун.

Вскоре я уже забрал девушку и друзей, и мы весёлой компанией поехали в поместье.

* * *

Платон Грачёв сидел на жёсткой скамье в сыром полуподвальном помещении в пригороде Москвы. Тусклый свет лампочки, свисающей с потолка, освещал три десятка пробирок. Они лежали в три ряда на грубо сколоченном и прожжённом свечой и сигаретами столе.

Ещё два дня назад здесь жил пожилой мужчина по имени Аркадий по кличке Аркан. Он давно потерялся в этой жизни и занимался лишь тем, что искал пропитание в мусорных баках или пил дешёвое пойло, купленное на деньги, которые удалось выклянчить у сердобольных горожан.

В день своей смерти он как обычно вышел на поиски пропитания. На этот раз он решил наведаться к большому торговому центру. Обычно в тамошние контейнеры выбрасывали много готовой еды с истекшим сроком годности. Аркан знал, что можно есть без проблем со здоровьем, а от чего лучше воздержаться. С собой он взял пустую коробку и помятый пакет, намереваясь устроить себе настоящий день рождения и пригласить своих друзей-бродяг.

Путь до торгового центра был неблизкий, пи Аркан решил сократить его и пройти через перелесок. По узкой пешеходной дороге он углубился в лес, когда услышал стон. Стон боли и отчаяния. Первая мысль — бежать. Бежать и сделать вид, что ничего не слышал. Однако любопытство пересилило. Он сошёл с дороги и, пройдя всего несколько метров, за небольшими ёлками увидел мужчину. Тот сидел, прислонившись к стволу сосны, и прижимал к себе окровавленную руку. На плече у него зияла глубокая рана, в которой виднелась белая кость, а на кисти отсутствовало два пальца — безымянный и мизинец.