Книга Личный аптекарь императора. Том 8, страница 31 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Нет. Дело в том, что жрецы практически не жили на территории нашей империи. Они предпочитали Персию. Возможно в их библиотеках и есть информация об этом, но точно не здесь.

— А как флакон попал сюда? — я озадаченно посмотрел на него.

— Его нашли во время раскопок где-то на Кавказе, — пожал плечами Хранитель.

Не верю я ему. Наверняка он знает об этой вещице многое, но предпочитает умалчивать. Я же тоже не торопился открывать флакон. Ещё свежо в памяти происшествие из прошлой жизни, когда в очередном путешествии бродил по заброшенному городу древней цивилизации и нашёл пилюли. Сверху их покрывал минеральный воск, поэтому я не мог учуять, что внутри.

Когда я, любопытствуя, разломал одну пилюлю, то впал в такую панику, что чуть сердце не остановилось. Правда, мне тогда было лет пятнадцать, и я ещё не умел бороться с запертыми чёрными духами. Тогда я пробудил злого Скребуна.

Он побушевал и успокоился, но если бы в городе до сих пор жили люди, то мне бы не поздоровилось. Скребун буквально разметал руины, не оставив ни одной целой стены. Я чудом уцелел, спрятавшись в подвале.

— Саша, вам помочь? — участливо спросил декан и кивнул на флакон в моей руке.

— Нет, я сам.

Глубоко вздохнув, ковырнул печать ногтем и, взявшись за пробку, потянул её на себя. Махнул рукой, принюхиваясь к тому, что находится внутри. Аромат свежести, будто в сосновом лесу после дождя, но с терпкими нотками и еле уловимой сладостью.

В моей внутренней лаборатории снова начался рабочий процесс. Сложный эфир распался на составляющие, которые я с лёгкостью определил. Хм… неожиданно.

Если честно, не ожидал встретить в этом мире такое искусно сделанное снадобье. Я бы даже больше сказал — оно идеальное. Уж не алхимиками ли были те, кто его делал?

— Саша, ваше молчание настораживает, — подал голос декан.

Они с Хранителем в напряжении смотрели на меня, ожидая какой-то реакции.

— Кем были те жрецы, что изготовили это средство? — обратился к библиотекарю.

— О них мало что известно, — пожал он плечами. — Как я уже говорил, жрецы предпочитали жить в Персии, но путешествовали по всему миру. Считается, что они были прародителями лекарей и аптекарей, ведь тоже обладали способностью лечить.

— Они были алхимиками, а путешествовали не ради интереса, а искали ингредиенты для своих снадобий, — уверенно заявил я.

— Всё может быть, — согласился он.

— Саша, не томите! Что во флаконе? — не выдержал декан.

— Как вы сами сказал, это «Экстракт растительной жизни». Лучше названия не придумать.

— Для чего оно?

— Для продления жизни целебных трав и снадобий, и сохранения их свойств. Слабой копией в нынешнее время являются консерванты, которые аптекари добавляют в лекарства, — пояснил я. — Если травы вот-вот утратят силу, достаточно капнуть несколько капель, и они оживут, будто их только что собрали. Могу продемонстрировать.

Я огляделся в попытке найти какое-нибудь растение, но Хранитель выхватил флакон из моих рук и процедил сквозь зубы.

— Только через мой труп вы будете тратить столь ценной средство.

Клавдий Тихомирович отодвинул опешившего библиотекаря в сторону и с надеждой спросил:

— А вы сможете назвать из чего состоит этот экстракт?

— Могу. Ничего сложного, — пожал я плечами. — Смола лунного платана, пыльца бессмертника северного, настой из корня черемши, сок серебряной морошки, соль подземных озёр.