Книга Личный аптекарь императора. Том 6, страница 72 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Вдруг возле жука появилась глубокая трещина, однако вместо того чтобы убегать, он спрыгнул в ту самую трещину, увлекая меня за собой. Я еле сдержался, чтобы не заорать от боли. Теперь эта тварь висела на моей ноге и усиленно работала жвалами, будто пыталась оттяпать от меня хотя бы кусок.

— Что ты наделал, идиот⁈ Саша, где твой карабин? — послышался голос Афони.

Я, изо всех сил цепляясь за землю и пытаясь не орать, приподнялся на локтях и осмотрелся. Карабина нигде не было видно. Возможно, он остался наверху, или его засыпало песком.

— Сейчас спущусь! Потерпи немного! — прокричал он, опустился на задницу и принялся сьезжать будто на снежной горке.

Я не оставлял попыток придумать, как избавиться от твари, поэтому нащупал пробирку с зельем «Разъедающего прикосновения» и задумался, но лишь на мгновение. Если эта опасная жидкость попадет мне на ногу, будет несладко, и даже очень. Возможно, я потеряю сознание от болевого шока, но и сейчас у меня не осталось сил терпеть адскую боль, ведь проклятущая тварь буквально висит на моей ноге.

Откупорив крышку, я резко сел и, склонившись над трещиной, вылил содержимое стеклянного сосуда. По счастливой случайности ни одна капля не попала мне на ногу, зато тварь… К тому времени, когда Афанасий оказался рядом со мной, я уже осматривал израненную ногу. Сухожилия и кость целы, остальное — ерунда.

— Ну, как ты? Жив? — он направил на рану луч фонаря и покачал головой. — Вот же образина, а! Так изуродовать ногу! Ну ничего, ты не волнуйся. Мы с Тимохой вытащим тебя отсюда, а лекари подлечат. Теперь главное кровь остановить.

Он снял ремень, опустился рядом со мной и привычным движением затянул его немного выше раны. Я же откупорил зелья «Исцеления», «Золотой нектар» и эликсир от ожогов. Все они благотворно влияют на заживление, так что я разом все выпил, затем вытащил из кармана ту самую противомикробную траву, помял между ладонями и приложил к ране, пуская свою ману, чтобы усилить нужное свойство. В итоге через десять минут активного самолечения я смог встать на ноги.

Охотники помогли мне вылезти из ямы, и вскоре мы вышли на дорогу и двинулись в сторону ворот, где до сих пор стояла машина и освещала округу горящими фарами.

Когда подошли поближе, я обратил внимание на результат встречи с хорьком-переростком, которого Афоня назвал древенем. Бампер треснул, бок помят, на окнах трещины, следы острых когтей. Сильный зверь. Мне сразу вспомнился случай, когда нас с Савельевыми преследовал рогатый парнокопытный. Невероятно хитрый, зараза. Когда он подкрался, мы даже не услышали шагов, хотя до этого по всему лесу разносился его топот. Еле отбились тогда.

— Как нога? Болит? — участливо поинтересовался Тимофей.

Я задрал штанину и показал розовые шрамы на месте ран.

— Уже лучше. Еще немного подлечить, и будет как прежде.

— Хорошие лекарства у тебя, Филатов. — признался тот с завистью посмотрев на результат моего лечения — Когда откроете свои аптеки?

— Скоро.

Я забрался на заднее сиденье и пристегнулся. Вдруг снова вернется древень.

Афанасий сел за руль, и мы медленно поехали к воротам. Как оказалось, одно колесо спустило. Наверняка угодил острый коготь.

Вскоре мы выбрались из анобласти, попрощались и разошлись. Я сел в машину и рванул к лечебнице. Время дорого.