Книга Личный аптекарь императора. Том 1, страница 31 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Когда добрался до особняка была уже полночь, но из кухни доносился голос Лиды. Она разговаривала с кем-то по телефону.

— Госпожа Маргарита, я очень польщена, что вы так цените меня, но пока не буду продавать свою ману. В последнее время я слишком часто злоупотребляла этим, поэтому чувствую себя неважно… Конечно, мы нуждаемся в деньгах, но… Я понимаю, что мана с моими способностями лучше всего поддерживает вашу красоту, но… Хорошо, я…

Я быстро подошёл к ней и забрал телефон.

— Алло, это Александр Филатов. Хочу сказать, что моя мать больше не будет продавать свою ману, — решительно заявил я.

На той стороне замолчали, затем послышался вздох разочарования и довольно приятный женский голос ответил:

— Очень жаль. Аптекарские способности вашей матушки хорошо сказываются на моей коже. Может, она всё же решится и тогда…

— Могу предложить кое-что получше, — прервал я её.

— И что же это? — заинтересовалась она.

— Лучше обсудить это при личной встрече. Уверяю вас, это гораздо лучше маны моей матери.

— Хм, а вы меня заинтриговали, Александр. Не хотелось бы затягивать это дело. Сможете подойти ко мне прямо сейчас?

— Скоро буду! — заверил я.

— Где живёт эта Завьялова? — спросил я у Лиды и вернул ей телефон.

— Что ты задумал? — насторожилась она. — Какое такое у тебя к ней предложение?

— Ничего особенного, — отмахнулся я. — Сделаю омолаживающее средство для лица в обмен на артефакт «Поглощения».

— С каких пор ты умеешь делать такие средства? — мать пристально уставилась на меня.

Однако выкручиваться не пришлось. В дверях появился дед.

— Пусть идёт и договаривается, — строго произнес он.

— Но Григорий Афанасьевич… — возмутилась она.

— Он знает, что делает, Лида! Не надо ему мешать.

Мать непонимающе уставилась на нас, но протяжно выдохнула и кивнула.

— Хорошо. Иди. Но помни, что баронесса очень… как бы это помягче сказать… любит молодых людей. Помнишь скандал в прошлом году с сыном начальника пожарной части? Так вот…

— Брось ты, Лида! Нашла о чём волноваться, — отдёрнул её дед. — Наш Сашка на эту старую грымзу даже не посмотрит. Она даже старше меня лет на двадцать!

— Но с моей маной она выглядит очень молодо, — возразила женщина.

— Иди, Шурик, пока карга спать не легла, — сказал дед. — Она живёт, если вдруг не помнишь, через два квартала отсюда за пекарней Воробьёвых в зеленом доме.

— Только не задерживайся, — попросила мать.

Я вышел на улицу и двинулся в сторону дома баронессы Завьяловой. Пекарню я видел по пути в лавку, поэтому знал, куда идти.

* * *

— Григорий Афанасьевич, может, объяснитесь? — возмущённо выпалила Лида. — Что значит «он знает, что делает»? Откуда он может что-то знать? Сидит в своём телефоне с утра до вечера. Ничем не увлекается, никуда не ходит.

Старик Филатов сел за стол и указал ей на стул напротив.

— Садись. Нам нужно поговорить.

Женщина плюхнулась на стул, сложила руки на груди и выжидательно уставилась на свёкра, который с трудом подбирал слова.

На самом деле Григорий Афанасьевич весь день провёл в раздумьях. После падения с лестницы Сашка очень сильно изменился. Он будто стал другим человеком. К тому же эти отвары, которые он ни с того ни с сего начал готовить…

Сначала мужчина думал, что внук стянул из сейфа один из дневников с аптекарскими рецептами, но оказалось, что все они на месте. А когда сегодня позвонил старик Воробьёв и в течение получаса благодарил за лекарство и расписывал, как хорошо он теперь видит, Филатов понял, что это не просто везение или подсмотренный рецепт, а настоящий дар.