Книга Личный аптекарь императора. Том 1, страница 21 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

— Какой еще ущерб? — возмутился проверяющий. — Мы ничего не испортили. Работали быстро и аккуратно.

— Аккуратно, говорите? Да вы только гляньте, сколько всего рассыпали! А это, между прочим, наш труд. Мы вот этими самыми руками собирали каждую травинку, высушивали её и перемалывали, — я сурово сдвинул брови и сделал шаг навстречу.

— Ну… извините. В следующий раз постараемся ничего не рассыпать, — нехотя кивнул мужчина.

— Будет лучше, если в следующий раз вы заранее оповестите, что собираетесь с проверкой, чтобы мы уведомили наших покупателей, — я кивнул на окно, в котором виднелись толпящиеся у лавки люди.

— Но так не делается! — возмутился он — Какой смысл в проверке, если вы о ней будете знать?

— А какой смысл в проверяющих, которые ведут себя как вандалы? Мы можем подумать, что вы приходите целенаправленно вредить нам, — я пристально уставился на проверяющего, который, похоже, был выше остальных по должности.

Тот пару раз открыл рот, но не нашёлся, что возразить, и, махнув рукой своим людям, двинулся на выход.

Мы быстро прибрались — все же испорчено оказалось не так много товара, и запустили покупателей. Многие из них подошли со словами поддержки. Видимо, местное население было всё-таки на нашей стороне.

— Что на тебя нашло? Ты чего так дерзко с Игнатовым разговаривал? — спросил дед, когда мы остались одни.

— Игнатов — этот тот с орлиным носом, что ли? — спросил я, пересчитывая сегодняшнюю выручку.

— Да, он. Ты лучше будь с ним осторожнее.

— Пусть лучше он сам побережётся. Кстати, нужно поднять документы и посмотреть, каким образом они должны осуществлять контроль за нами.

— Эх, Шурик. По опыту знаю, лучше не ссориться с такими людьми. Пусть приходят, когда вздумается. Всё равно ничего не найдут… Ведь не найдут? — уточнил он и внимательно посмотрел на меня.

— Вообще-то я чуть не спалился, — признался я, вытащил из кармана пробирку и показал деду. — Это для старика Воробьёва.

— Погоди, ты что, манарос использовал? — прошептал он и испуганно вытаращился на меня.

— Да. Обычными травами тут не поможешь, — кивнул я.

— Но это же опасно! Больше не смей трогать манаросы. Слышишь меня? Не хватало ещё, чтобы тебя посадили за это.

— Сидеть как-то не хочется, — задумчиво проговорил я, вспоминая темницы в приграничных крепостях. Там с узниками творили жуткие вещи.

В это время колокольчики на двери зазвенели, и зашёл Станислав Воробьёв. Он окинул взглядом лавку, быстро подошёл ко мне и прошептал.

— Деньги я принёс. Лекарство готово?

— Да, но я хотел бы сам убедиться, что оно сработает, поэтому пока платить не надо. Пойдёмте к вашему отцу.

— Да-да, так будет лучше.

Мы с Воробьёвым направились к выходу, а встревоженный дед вслед прокричал:

— Сашка, я тебя буду здесь ждать! Не задерживайся!

Когда мы зашли в дом Воробьёвых, дед сидел на том же самом месте, как и при нашей предыдущей встрече.

— Кто здесь? — настороженно спросил он, услышав наши шаги.

— Отец, пришёл Александр Филатов с лекарством для твоих глаз, — пояснил Станислав.

— Хорошо. Надеюсь на этот раз будет хоть какое-то улучшение, — оживился он.

— Только пейте мелкими глотками, — предупредил я, откупорил крышку и вложил пробирку в руку старика.

Тот замер на мгновение, принюхиваясь к терпкому запаху, и поднёс к губам. После случая с тем сердечником я невольно напрягся, пристально следя за его реакцией и отслеживая малейшие изменения.