Книга Призрачный страж 2, страница 57 – Егор Золотарев

Также она рассказала мне, что у Семена Семеновича нет семьи. По крайней мере, он так говорит, а как оно на самом деле, ей неизвестно. На вопрос, что же он делает в Разломе, женщина пожала плечами и ответила, что она много раз спрашивала его об этом, но Свиридов уходил от ответа.

На ужин она приготовила того самого зайца. Запеченное мясо просто таяло во рту, поэтому я также угостил Фаника, который тихонько сидел в рюкзаке и ни разу себя не проявил. Какой умный зверек!

Раиса Петровна постелила на раскладушке в комнате Свиридова. После насыщенного дня я не заметил, как заснул. Но ночь прошла без снов. Во всяком случае утром я ничего не помнил.

На рассвете, едва небо начало светлеть, Раиса Петровна разбудила меня. На завтрак был горячий ароматный чай и остатки вчерашнего мяса. Фанику в рюкзак я насыпал горсть орехов и засунул пару яблок.

После завтрака я предложил женщине десять рублей за приют и еду, но она отказалась, ответив, что ей даже самой было приятно провести со мной время и вволю поговорить. Местные знали друг друга как облупленные, поэтому разговаривать с ними было не о чем.

Когда мы вышли на улицу, было уже достаточно светло, но солнца еще не видно было. Надев лыжи, мы двинулись вглубь леса.

— Как далеко идти до Разлома? — спросил я.

— Примерно семь километров. За час дойдем, — ответила она и бодро побежала по лесу.

Я с детства не вставал на лыжи, поэтому не мог потягаться с ней. Раисе Петровне приходилось останавливаться и ждать меня. Правда, уже через десять минут я приноровился и старался бежать в ее темпе.

Как она и сказала, через полчаса впереди среди деревьев показался ослепительно белый вход в Разлом. Когда мы приблизились к нему, я озадаченно огляделся. Этот Разлом не был закрыт стеной и куполом. Поста охраны тоже не было.

— Как часто из Разлома вырываются монстры? — спросил я у женщины.

— Ни разу, — пожала она плечами.

— А Ведомство знает о существовании этого Разлома?

— Не знаю. Мы люди простые, про эти государственные дела ничего не знаем. Этот Разлом здесь всю мою жизнь. Еще отец меня в детстве предупреждал, чтобы я в эту сторону не ходила. Он тоже боялся монстров.

— Хм, странно.

Я приблизился к Разлому и снял лыжи.

— Неужто хочешь зайти? — ужаснулась Раиса Петровна.

— Конечно. Зачем же еще, по-вашему, я сюда пришел?

— Думала, ты просто хочешь на Разлома посмотреть. Слушай, пойдем отсюда, а? Не заходи. Там может быть опасно.

— Не волнуйтесь. Я состою уже в двух гильдиях охотников, поэтому монстры меня не пугают. А вы идите домой. Не надо меня ждать. Обратный путь по лыжне найду.

Она покачала головой, но возражать не стала. Я убрал лыжи в пространственное кольцо и, утопая по колени в снегу, приблизился к входу в Разлом и шагнул внутрь.

Я перешагнул через невидимый порог и очутился в Разломе. Первое, что бросилось в глаза — это простор. Я стоял на небольшой возвышенности, а впереди простиралась зеленая равнина, которую перерезала блестящая на солнце водная гладь. Вдали виднелся лес, а над ним возвышались остроконечные снежные пики гор.

— Как здесь красиво, — выдохнул я не удержавшись.

Я переоделся в легкий костюм, который взял на тот случай, если задержусь и буду дольше пары дней проживать в гостинице. В это время Фаник начал скрестись в рюкзаке и я выпустил его. Зверек, видимо, почувствовал знакомую ауру Разлома и спрыгнув с моих рук в траву, скрылся в ней. Я немного покричал его, в надежде, что он вернется, но потом понял, что так даже лучше. Пусть остается жить здесь.