Книга Титан империи 4, страница 88 – Константин Зубов, Александр Артемов

Пока он трепался, я уже спускался по лестнице ему навстречу.

— Но попутно придется объяснить тебе, какой ты глупый ребенок, раз решил направить оружие против своих.

Проговорив это, Циклоп закрыл оба обычных глаза, а вот третий разгорелся только ярче.

— Моих уже давным-давно не осталось, сволочь, — сплюнул я. — Нексус убил всех, кого я знал.

— Если Нексус их убил, значит, они были слабы, — спокойно ответил Циклоп. — Он не убивает сильных, а собирает из них армию. Он собиратель, который находится в вечном поиске.

— В поиске чего?

— Единства, как единственного смысла всего сущего. Вселенная родилась из единства, в него она и вернется. Это неизбежный итог, и Нексус выполняет миссию, возложенную на него самой природой. И Нексус твой дом, Неро. Ты сам — Нексус, и уже очень и очень давно. С тех пор как Илион слился с ним, а потом стал одной из шестеренок этого чудовищно сложного и одновременно простого механизма. И ты одна из деталей, хочешь ты этого или нет. И все эти люди вокруг. Тоже.

— Я очень сомневаюсь, что они с этим согласны, — хмыкнул я и, остановившись на середине лестницы, обнажил меч.

Вернее, попытался обнажить — из ножен вылезла лишь рукоять, где от клинка остался только ржавый обрубок.

Да блин!

Циклоп расхохотался.

— Неужели ты думал, что все будет настолько просто? — сказал он, и тут его третий глаз впервые моргнул. — Ты в моем мире, а значит, и подчиняешься моим законам.

— Это мир моей сестры. Настя, ты слышишь меня? Настя!

Эхо от моего голоса поднялось под потолок.

— Бесполезно, — покачал головой Циклоп. — Твоя сестра находится в постоянном цикле засыпаний и пробуждений. Она видит одни и те же сны. Когда заканчивается один — неизменно крайне неприятным для нее моментом — начинается другой, и он тоже является эпизодом из ее прошлого или настоящего. Три из них ты уже видел. Еще сотню — нет, но я не вижу смысла смотреть их все. Хотя если ты пожелаешь подчиниться, мы можем остаться здесь ненадолго. И ты сам посмотришь на себя со стороны…

— Нет, спасибо. И что же ты хочешь за ее жизнь?

— Я хочу, чтобы ты сдался добровольно, и тогда, возможно, я отпущу ее, когда мы с ней наиграемся вдоволь. Если ты решишь драться, то неизбежно проиграешь, и тогда твоя сестра впадет в летаргию, и будет путешествовать по собственным снам, пока ее жизнь не оборвется от сердечного приступа. Но думаю, это будет нескоро.

— Тогда у меня есть лишь один выход, — ухмыльнулся я и выпустил когти. — Выколоть тебе моргало!

— Ха! Думаешь справиться со мной в одиночку?

— А я не один.

Я набрал полную грудь воздуха и заорал что было сил.

— Настя!!!

На этот раз нечто заворочалось за пределами стен.

— Брат… — раздался слабый голос на грани слуха.

Циклоп дернулся и запрокинул голову.

— Она спит! — рявкнул он, и тут его большой глаз закрылся, а два других широко распахнулись. Мой враг снова превратился в дедушку Саблина:

— Не мешай ей, глупый мальчишка! Она так давно не была дома!

Циклоп махнул рукой, и в холле резко пооткрывались двери. Зацокали каблуки, и к нам вернулись близняшки. В руках у всех шестерых сверкали мечи, кинжалы, цепи и копья.

Нетрудно догадаться против кого они их применят.

Вооруженная до зубов шестерка выстроилась в ряд за спиной дедушки и синхронно поклонилась: