Книга Титан империи 2, страница 14 – Константин Зубов, Александр Артемов

Всего их было три: «Фаустовский репортер», «Вестник ФОЗа» и «Императорский гонец».

В «Репортере» на первой полосе я снова обнаружил Настю на фоне закрытого Монолита, но уже без Сфер — измотанную и израненную, но с одухотворенным взглядом, направленным вдаль.

Заголовок гласил: «КНЯЖНА САБЛИНА ПОКОРИЛА ФАУСТОВО». И подпись, как ни странно, того же автора. Какой-то Устиновой Н.

О себе мне попалась лишь одна фраза: «…закрывала Монолиты, пока ее брат, Евгений Скалозубов, решал проблемы с наследством умершего отца…»

— Чего⁈ — воскликнул я и хлопнул себя газетой по лбу. — Вот козлы!

— И не говори! Охренели! — кивнула Настя, сворачивая газету в комок, и выбросила ее в мусорку. — Они написали, что мне тридцатник и я разведена!

— Нашла проблему! Я…

И тут до нас донесся какой-то странный шум. Как будто кто-то… рычал?

— Что за?.. — напряглась сестра и поднялась со стула.

И тут за пределами комнаты раздался яростный лай, затем его сменил жуткий душераздирающий визг, за которым последовали грохот зубодробительного переполоха.

— Берс?.. — воскликнула Настя.

— Красавка?

Мы переглянулись и бросились на выход.

Добравшись до холла, мы стали свидетелями любопытной сцены. Злющий Красавка носился по лестнице вниз-вверх и, оскалив зубы, гавкал куда-то под потолок. А сверху потоком лился жалобный скулеж.

Я задрал голову.

«Отважная» собачонка Насти летала под потолком, оседлав люстру — единственное, что в холле пережило нашу драку с Герценом.

И судя по опасному треску, висеть ей осталось недолго.

— Как он туда забрался?.. — воскликнула Настя. — Бедный Берс!

— Шавка! — рычал Красавка, нарезая круги под люстрой. — Драть!

— А ну-ка угомонись! — прикрикнул я на питомца, и тот шлепнулся на зад, но не опустил обозленных глазенок. Два хвоста стояли трубой. — Чего не поделили?

— Жрачку! — ответил обиженный Красавка, с искренней ненавистью глядя на беднягу Берса.

Ну да, а как же иначе?

И тут из коридора раздался заливистый девичий визг.

— Ну что еще?.. — закатил я глаза.

Пока Настя крутилась вокруг люстры с Берсом, мне пришлось отправиться на выявление нового источника неприятностей.

Горлопанку я нашел довольно быстро.

Голося во всю мочь, прямо на меня неслась горничная Глаша. Ее здоровенная грудь подпрыгивала в такт торопливым шагам.

— А ну-ка стой!

Опасаясь, что это стихийное бедствие собьет кого по дороге, я схватил горничную за талию и, гася инерцию, закружил в воздухе.

— Ва… — раскрыла она миниатюрный ротик, но я отпустил ее и приложил палец к губам.

— Если причина твоего беспокойства не Герцен, внезапно восставший из мертвых, то лучше тебе замолкнуть.

Она ойкнула и заткнулась. И прекрасно.

— Чего испугалась? Два мохнатых брата-акробата безумствуют дальше по коридору. А там что? Мыши что ли?..

Внезапно сверкнув глазами, она схватила меня за руку и силком потащила туда, откуда только что неслась со всех ног. Мне ничего не оставалось как последовать за ней.

Нет, ну не Герцен же в самом деле?..

Глаша привела меня в одну из комнат и молча ткнула пальцем под диван. Затем осторожно отошла мне за спину и вжалась в стену.

Какого?..

— Мышь? — спросил я, поглядывая на смертельно бледную горничную.

Она замотала головой. А потом медленно-медленно, по стеночке, отошла к выходу и, свернув белоснежным передником, исчезла в коридоре.