Онлайн книга «Титан империи 1»
|
— А другие рода? Мои вассалы? — Берцовские ходят по краю, — фыркнула она, стягивая с меня сапоги. — Они пока не решаются выступить против нас в открытую как Герасимовы. Но, черт знает, какая муха укусит его сиятельство Федора Николаевича к вечеру? Они с твоим папкой были на ножах. — То есть? — И это забыл, что ли? — Да говорю же, почти все забыл… — почесал я затылок, где и вправду была здоровенная шишка. — При штурме Омска погиб его наследник — Сергей. Говорят, Федор Николаевич винит в его смерти твоего отца, хотя для всех очевидно, что Сергей сам полез на рожон. Парень он был безбашенный — даже еще хуже Сашки — и хотел первым захватить Белую Сферу, главный приз Омска, но вляпался по самые уши. К тому же, подкрепление не поспело, но это темная история… — Ясно, кто еще? — Барон Кречетов. С ним все и сложно, и просто одновременно. — То есть? — Емельян Устинович — довольно закрытая натура, — поджала она губы, будто извиняясь передо мной. — Этого старого пыльного мешка из своего поместья способен вытащить разве что сам Император, да и то, если прибудет лично. Его люди тоже вылезают в город крайне неохотно. Они закрывают Монолиты в подконтрольном Кречетову районе, — и хватит с них, как считает его толстожопие. Подкрепление у него просить бесполезно: дядя нередко отговаривается тяжелым положением, хотя у него самый тихий район из всех. Но я думаю, с Кречетовым проблем не будет — ни в какие конфликты он не вмешивается. Пришлешь ему в подарок открытку с новой сабелькой, спросишь, как поживают его дочери, а он и рад будет. — Еще? — Еще градоначальник Никольский с бароном Раскольниковым, — скривилась она. — Но этих двух мудаков ты можешь сразу повесить на ближайшем дереве. Весь этот раздрай в округе — их работа. Пока твой отец не мог связно мыслить, одна змея сунулась во власть и начала мутить свои делишки в городе, пустив туда всякую сволочь, а вторая втерлась к больному в доверие и подмяла под себя ФОЗ — наш Фаустовский оружейный завод, отстранив прежнего управляющего. Я не удивлюсь, что слитая пуля — это дело мягких лапок Раскольникова. А ведь поначалу даже я посчитала, что он славный малый… интеллигентный даже! Ишь, как складно излагает, чертовка! Интересно, а сама она кто? Ведет себя так, словно они с Женей без пяти минут любовники. Но девочка вроде толковая, пусть и безбашенная… Ладно, запишу этот вопрос на десятую страницу своего опросника. — Если это так, то не сносить ему головы, — кивнул я. — А остальные? — А остальные не высовываются, — хмыкнула Нина. — Ильины, Ермеевы, Разумовские и Николаевы выжидают, когда все утрясется, и кому следующему можно будет лизать сапоги. — Славно… Последняя деталь брони оказалась на полу, и я обессиленно откинулся на сиденье. Старая знакомая песня. На родине мне уже доводилось участвовать во множестве подобных конфликтов. Бонзы грызли друг другу глотки до прихода Нексуса, грызли и после. Средство унять их пыл всегда одно — кнут и пряник. Ильиных, Ермеевых и прочих надо бы припугнуть чем-нибудь, чтобы не тянули с клятвами. И этого Кречетова тоже. У младшенького Берцовского передо мной должок за то, что я вытащил его из пасти Тауруса. Пусть попробует не отдать. С Раскольниковым и Никольским будет отдельный разговор. Дай только встретиться с ними: спущу шкуру, если подтвердятся слова Нины. А вот Герасимовых, скорее всего, придется не по-детски прижать к ногтю. |