Книга Титан империи 1, страница 141 – Константин Зубов, Александр Артемов

— Выбьешь? — повернулся я к сестре.

— Она послабее будет, чем в кабинете, — прикрыв глаза, сообщила она. — Но я все силы отдала на то, чтобы вытащить твою задницу из ловушки!

Послабее, говоришь… Значит энергии должно хватить.

Я отошел подальше и, разбежавшись, влетел в преграду плечом. Дверь вынесло вместе с замком, и деревянные светящиеся ошметки запрыгали по ступеням.

— Показушник! — усмехнулась Настя и первой перешагнула порог. Я не отставал.

Подвал у Герасимова был не чета нашему. Относительно размеров дома — тесный, холодный, заросший паутиной. И почти все пространство занимали стеллажи с бутылками.

Однако нас заинтересовало совсем другое.

Мы немного поплутали в потемках, и нашли огромный, выжженный круг в одной из комнат. И тут в нос шибанул знакомый запах, заставивший меня выругаться, а Настю зажать нос и скривиться.

Несло розами!

* * *

Подвал мои бойцы прочесали сверху до низу. Никаких тайных дверей, подкопов и прочих способов незаметно свалить мы так и не нашли.

В кабинете, разумеется, тоже пришлось прощупать каждую пядь. И тоже безрезультатно.

Когда жены барона немного оклемались и смогли членораздельно разговаривать, выяснилось, что и они не в курсе, куда упорхнуло его благородие.

По их словам, барон заблокировал связь, выгнал всех из поместья, затем вызвал их к себе, оглушил, привязал к стулу и активировал бомбу. Потом запер двери и был таков.

Они же сидели в темноте, и даже не слышали рев двигателей наших грузовиков — звукоизоляция в кабинете была отменная… А потом уже появился я.

Гораздо больше интересного нам рассказали несколько служанок, которых мы все-таки нашли при более тщательном обыске усадьбы.

Зачем барон выгнал людей, они не знали, да и почему приказал зарезать животных тоже, но после того, как он закончил дела в кабинете, сразу же направился в подвал и больше оттуда не выходил.

— Блин, какой облом! Жирный хер свалил у нас из-под носа. Он что шапку-невидимку надел? — хмурилась Нина, развалившись в баронском кресле. На ее пальце вращался остро заточенный кунай.

Еще два метательных ножа торчали из портрета Герасимова — точно в центре лба его благородия.

Я же копался в рабочем столе. Бумаг тут накопилось столько, что разгребать и разгребать. Александр Христофорович не нашел времени избавиться от улик и, должно быть, решил, что взрывом их разнесет в труху вместе с надоедливым Скалозубом. Как хорошо, что старый мудак просчитался.

— Ерунда, — покачала головой Настя. Она уже по третьему раза ощупывала стены в поисках скрытых пружин. — На трюки с невидимостью способны разве что аристо ранга Магистр, — сказала она, плеснув себе стаканчик. — А про телепортацию можете даже не заикаться. Герасимову с его Стражем до нее как до Луны.

— Я думаю, — пробормотал я, отвлекаясь от бумаг, — барон ушел на Нексус.

— Что⁈ — Нина, уставилась на меня, а ее кунай слетел с пальца и с глухим стуком вошел в потолок.

Настя только нахмурилась и пригубила из бокала.

— Я сам удивлен. Но пятно в подвале едва ли осталось от стухшей простокваши, — проговорил я, доставая телефон и набирая Зубра. — Плюс объясняет смерти животных. Скорее всего, это какой-то ритуал, и он черпал из них силы.

Дворецкий ответил после второго гудка.

— Ваше благородие⁈ Все благополучно?