Книга Наследник $$$ уровня 1, страница 66 – Андрей Еслер, Сириус Дрейк

Количество трафика было минимальным, ленивым, вялым, как эрекция старика. Хотелось ругаться.

Что-то не давало моему гениальному стартапу взлететь, хоть и цели такой сейчас не стояло. Но вот интерес… И это что-то надо было найти и исправить.

Пришла запоздалая мысль о том, что разработка уже открыта и уязвима, если мы дали доступ команде бета-тестеров. Надо ускориться, пока кто-то ушлый не опередил меня. В код подростки из клуба не заберутся, но вот сама идея, она просто в воздухе, как и всё гениальное. О какой секретности идёт речь? Секрет полишинеля какой-то вышел.

Короля играет свита, я срочно должен укомплектовать свой штат, чтобы таких промахов не было.

Задумчиво покручивая бокал с вином, я пускал дымные колечки, закинув ногу на ногу и анализировал собранные цифры. Сообщений между пользователями компьютерного клуба проходит мало, сессий мало, активности мало… Почему? Волнообразного скачка заинтересованности нет.

Пригубив чудесное вино, я замер.

Через несколько секунд все услышали мой крик с террасы, больше похожий на корабельный гудок.

— Матео!

Фавора, деловой квартал

Эмануэль дэ Фуэго любил этот час, когда солнце уже опускалось за башни, а город ещё не зажигал полное освещение. В кабинете на двадцать втором этаже держался мягкий полумрак, пахло сигарами и нагретой за день кожей кресла. На углу столешницы потела пузатая рюмка бренди с одиноким, медленно тающим кубиком льда.

Спешку он презирал. Торопятся те, кто не уверен в исходе.

В дверь коротко постучали.

— Заходи, — обронил Эмануэль, не оборачиваясь.

Вошёл Сесар, его человек для деликатных поручений. Неприметный, жилистый, такого забываешь через минуту после знакомства. В руках он держал плоскую кожаную папку.

— Готово, дон, — он опустил папку на край стола и отступил на шаг.

Эмануэль не торопился. Сделал глоток, покатал алкоголь на языке и только после этого подтянул папку к себе.

Внутри лежали листы, чуть смятые по краям, и с легким ароматом дешевого табака. Такое курил только Габино. Толстяк до последнего пропитывал собой всё, к чему прикасался.

Документы он перебрал неспешно. Платёжки, выписки, копии переводов. «Косталь Инверсьонес» мелькала везде. А в самом низу обнаружился сложенный вчетверо договор с его собственной размашистой подписью и пустой графой покупателя.

Хвост подобран, дело закрыто.

Он выдохнул и откинулся на спинку. Кожа скрипнула под лопатками. Над потолком ровно гудела вентиляция, далеко на проспекте глухо сигналили машины, а в стекло бился приглушенный шум вечернего города. Эмануэль почувствовал, как с плеч сползает тягучее напряжение, что копилось последние недели.

— Шуму не наделали? — он по-прежнему не поднимал глаз от переводов.

— Чисто, — Сесар говорил скупо, по делу. — На заводе сторожа приложили. На вилле и того легче. Хозяева укатили в кино всем табором, дом стоял пустой. Вошли, забрали, ушли.

— А охрана? Мне нашептывали, у мальчишки завёлся какой-то телохранитель от семьи.

— Завёлся. В первую ночь меня срисовал, пришлось отходить. — В голосе человека на секунду проскользнула досада профессионала, которого подловили. — Во второй заход обошлось без него. Бумаги лежали на виду.

На виду.

Эмануэль задержал на этом внимание.

На краю сознания шевельнулось что-то тихое и неприятное, будто сквозняк из щели в раме. Документы, за которые умер человек, валялись на чужом столе. Сопляк держал в руках то, из-за чего дядя не одну неделю терял сон, и бросил где попало, даже не подумав запереть в ящик. Слишком гладко всё вышло, чтобы поверить.