Книга Адский пекарь, страница 98 – Сириус Дрейк, Сергей Мутев

На Ивана стало страшно смотреть. Не мне, но если бы его увидела его семья, то не узнала бы барона Баранова. Бледный. Трясущийся, жалкий… Барашек на заклание.

— Время пришло, господин? — проблеял он, склонив голову и прижав руки к груди, будто в молитве. — Прости, боже…

— Бога нет, а если бы и был, то ты туда не попадешь, — с холодом в голосе сказал я. — И время пришло, чтобы дать тебе шанс. Как поживает твой желудок? Пытался прибегнуть к помощи лекарей? Или же обследовался? Что-то помогло?

— Как вы узнали, господин? — сглотнул Ваня, но затем послушно покачал головой. — Нет, ничего не помогает… Мне сказали, что это неизлечимо! — он упал на колени. — Что мне нужно сделать, чтобы заслужить ваше прощение, господин? Я так больше не могу! Я сделаю всё!

А он достаточно промариновался в собственном дерьме, как я погляжу. Даже не нужно давить лишний раз. Эклеры были выше всяких похвал. Против таких мелких душонок идеальное средство. И нужно будет использовать их ещё раз, всё же эффект был тот, что нужен.

— Великолепно, Иван. Я рад, что ты сделал правильный выбор, — еще холоднее произнес я. Дон сзади засмеялся загробным смехом, в котором смешались плач и смех душ ада. А он тот ещё артист. Соскучился по мукам? Или по муке, которую он получит в новой булочке? — А теперь скажи мне адрес Вадима Лагарта из «Лакруа Паттисье». Все адреса. Домашний. Рабочий. Мне нужна вся информация. У тебя десять минут.

Ваня закивал и затрясся. Он ползком добрался до тумбочки, чтобы взять телефон дрожащими руками.

* * *

Ваня уложился в пять минут, и я, довольно насвистывая мелодию, ушёл, предварительно дав ему кусок антидота из хранилища Дона. На многие рецепты из своей личной коллекции я имел обратную выпечку. А эклеры были одним из моих любимых шедевров.

Пожалуй, это было одно из первых экспериментальных блюд, которые я сделал, закончив своё обучение. И испробовал, конечно же, на брате и на половине ада. А потом брал души в обмен на антидот. И всё это было сделано без моего непосредственного участия. Никто так и не понял, что тогда случилось с адом, и никто не связал это со мной. Реки огненные можно было переименовать в дерьмовые.

Он раздобыл мне три адреса. Один адрес принадлежал его дому, второй был от убежища, а третий вёл к самой пекарне Лакруа Паттисье. И сейчас мы с Доном, который так и не получил свою награду за прекрасное актерское мастерство, шли в сторону первого адреса.

— Дон, принеси мне все документы, которые найдёшь. Всё, что касается поставщиков, — приказал я секретарю. — А потом верни обратно вместо оригиналов иллюзии.

— Слушаю и повинуюсь, господин, — передразнил он Сору и скрылся обиженным чёрным пятном.

Пообижается и забудет. Приказ-то он точно выполнит. В этом я не сомневался.

Со вторым адресом мы проделали то же самое. И осталось посетить лишь пекарню. Доня с каждым новым адресом становился всё более хмурым. Но посмотрев последние полученные бумаги, я злорадно ухмыльнулся. Самое то. А Лакруанчик имел много тёмных пятен в своём прошлом. Пожалуй, я даже мог определить, не заглядывая в его душу, на какой круг ада он бы попал. Герцог Валефор был бы рад такой добыче. И наверняка устроил бы прекрасный приём.

Да и эти документы хорошо мне послужат. Я не планировал действовать напрямую с Вадимом. Лишь глупцы или самоубийцы идёт на таран при любом раскладе. Я же был демоном и собирался поступить, как демон.