Книга Я снова не бог. Книга #38, страница 48 – Сириус Дрейк

— Мне все же кажется, что та башня с Лермонтовым это другое, и не имеет отношения к этим странным метеоритам.

— Тоже верно, — хмыкнул Валера. — Вроде та тварь сказала, что это случайность.

Я еще раз осмотрел пещеру. Руны на стенах, деталь портала, ключ. Владимир. Вопрос был в том, существовал ли изначально этот метеорит без кристалла. Спрятал ли Владимир тут портальный камень с деталью, или эти метеориты появились тут позже? Поверх пещер?

— Возвращаемся в институт, — решил я. — Горький должен это увидеть. Старостелецкий подготовит анализ черного снега.

— Эх, ну зачем надо было делать черный снег? Был же белый, и всем нравилось.

Еще нам нужно срочно поговорить с Булатом. Помнится, Владимир дал ему задание спрятать портальные камни по всему миру. Кажется, пришло время заняться этим вплотную.

— А Лермонтов?

— Лермонтова мы найдем. — Я сжал портальный камень в кулаке. — Теперь я знаю, что мы ищем. Черный кристалл. Сеть порталов, которая связывает все метеоритные Пояса планеты.

Валера посмотрел на меня и усмехнулся. Ему явно было интересно участвовать в том, что происходит.

— Знаешь, Мишаня, когда ты говоришь таким тоном, мне становится почти жаль наших врагов.

— Почти?

— Ну, совсем жалеть — это уже перебор. А вот «почти» — самое то.

Мы развернулись и двинулись к выходу из пещеры. Впереди ждала обратная дорога через цепочку порталов, потом институт, потом разговоры, планы, стратегии…

И где-то там, в неизвестном месте, в плену черного кристалла, Лермонтов считал последние минуты своей жизни.

— Держись, поэт, — прошептал я. — Мы идем.

Обратный путь через цепочку порталов занял у нас около часа. Каждый переход — это как шагнуть в другую комнату, только вместо комнаты тебя встречает совершенно иной мир. Снежная пустыня, степь, тропики, руины, опять степь — и, наконец, знакомый ландшафт Дикой Зоны у КИИМа.

Валера, надо отдать ему должное, всю дорогу молчал. Для него это подвиг, сравнимый с удержанием Нечто в четырех руках. Я видел, как он думает, и это само по себе было зрелищем. Брови нахмурены, губы шевелятся, глаза прищурены — как будто решает задачу по математике и до сих пор не может с ней разобраться.

— О чем задумался? — не выдержал я.

— О еде, — честно ответил Валера.

Ну, разумеется…

— Миша, — Лора появилась в легком зимнем пальто и белой шапке с помпоном. Видимо, подстроилась под погоду. — Горький ждет нас в кабинете.

— Старостелецкий?

— Тоже на месте. Сидит в лаборатории, пьет какую-то настойку и дергается каждый раз, когда хлопает дверь. Нервничает…

На горизонте показался институт. Несмотря на все, что произошло за последние месяцы: прорывы, зомбированные студенты, атаки извне, КИИМ стоял на месте. У ворот нас встретил гвардеец с красным от мороза лицом.

— Ваше… господин Кузнецов! — поправился он, вспомнив, что я просил не титуловать себя на территории института. — Директор ожидает.

— Спасибо.

Валера шагнул через ворота распределителя и тут же привлек внимание. Все же, не все студенты успели лицезреть его королевское величество, когда мы были на территории института. Были тут те, кто уходил в Дикую Зону.

— Чего вылупились⁈ — буркнул Валера, поправляя солнцезащитные очки. — Никогда не видели красивого мужчину в расцвете лет?