Книга Я до сих пор не бог. Книга #37, страница 21 – Сириус Дрейк

— Почему?

Владимир помолчал. Потом заговорил, и в его голосе слышалась усталость человека, который нес свою ношу очень, очень долго.

— Триста лет назад я сражался с Нечто. Тогда он был верховным божеством. Довольно сильным даже среди себе подобных. Мне мало было известно об этих рангах богов. Я был обычным человеком, Михаил. Магом, да, но всего лишь человеком. Но мне удалось его победить. Тогда мне пришлось рискнуть всем. Мои товарищи могли погибнуть.

Валера присвистнул. Эль перестал чистить перья и повернул голову.

— Побил верховное божество? — переспросил я. — Будучи человеком?

— Не убил. Побил, — уточнил Владимир, подняв палец. — Разница принципиальная. Я нанес ему достаточно повреждений, чтобы его понизили. Там, наверху, есть свои правила. Если верховное божество проигрывает бой смертному, это позор, которому нет равных. Точнее, как я потом узнал, такой ситуации раньше не случалось из-за огромной разницы в силе. Нечто лишили статуса. Опустили ниже. Потому Нечто и бесится: он хочет не просто захватить эту планету, он хочет уничтожить мир, который его унизил.

— Понятно, — я осторожно потер виски. Теперь ясно, почему Нечто так держится за эту планету. Принципы. — А ты? Что стало с тобой после той битвы?

— Я не смог его добить. Потому что я был человеком. У людей есть предел, и я уперся в него. Нечто ушел зализывать раны. А меня… возвысили. За то, что совершил невозможное. Сначала я стал низшим божеством. Потом дали новый ранг. Сейчас я высшее божество.

Есенин, до этого молча слушавший, чуть не подавился слюной.

— Высшее? — переспросил он. — Не низшее? Не простое?

— Высшее, — подтвердил Владимир, кивая.

— И ты столько лет просидел в коте? — Есенин покачал головой. — Ел корм и мурчал у камина? Неплохая маскировка для высшего божества.

— Корм был вполне приличный, — без тени улыбки ответил Владимир. — Романовы не экономили на еде.

Я невольно хмыкнул. Даже в божественном теле от него несло тем же юморком, что и от Васьки.

— Но почему кот? — спросил я. — Почему не вмешался напрямую?

— Потому что не мог. Высшее божество не имеет права вмешиваться в дела смертных. Напрямую, в собственном теле, это исключено. Это нарушило бы баланс, и на планету слетелись бы другие божества, как мотыльки на огонь. Одно дело когда здесь бродит Нечто, которому и без того тут самое место после понижения. Другое дело, когда сюда является высшее божество в полной силе. Им просто будет интересно, что же тут такого, раз несколько божеств так хотят эту планету? Понимаешь? Это сигнал для всей вселенной: здесь что-то важное, здесь можно поживиться.

— И ты выбрал кота.

— Я выбрал единственный способ, который не нарушал правил. Вселился в животное. Наблюдал. Подсказывал тем, кто мог слушать. Петру подбрасывал идеи, наводил на нужные мысли. Он думал, что это его собственные озарения. А это я мяукал в правильном направлении.

— Миша, — Лора возникла рядом, скрестив руки. — Он мяукал стратегические советы будущему императору. Мы тут магией занимаемся, а он через мурчание управляет геополитикой.

Я чуть не рассмеялся, но ребра тут же напомнили, что смех пока роскошь.

— А ядро планеты? — спросил я, вспомнив кое-что из лекций Натальи. — Наши маги сильнее, чем в большинстве миров. Это связано с тобой?