Книга Я все еще не бог. Книга #36, страница 45 – Сириус Дрейк

Когда они ушли, Романов многозначительно посмотрел на Кузнецова.

— Михаил, что происходит? Это его план?

— Это очень хороший вопрос… — пожал Михаил плечами. — Но ваш отец прожил триста лет. Может, ему просто надоело быть тираном.

— Как и я, — мрачно добавил Петр Петрович.

— Тоже вариант, но судя по всему, сегодня он просто хотел провести время с семьей.

— Странное чувство, — признался Петр Петрович.

— Какое?

— Ревность. Он провел с моими детьми целый день. А со мной за триста лет едва ли набралось хоть пару часов.

— У каждого свой путь. Вот только путь Романовых может быть уникален…

* * *

Поздняя ночь.

Стук в дверь раздался ближе к вечеру.

Я открыл. На пороге стояла царица Катерина в простом дорожном платье. За ней виднелись два чемодана.

— Михаил, — она слегка поклонилась. — Надеюсь, я не слишком поздно?

— Проходите, — я отступил в сторону.

Екатерина вошла, оглядела комнату. Взгляд ее задержался на ее сыне, который поднялся с кресла.

— Здравствуй, сын, — произнесла она мягко.

— Здравствуйте, матушка, — ответил он немного напряженно.

Повисла неловкая пауза. Лора материализовалась между ними и присвистнула.

— Напряжение можно резать ножом, — прокомментировала она. — Миша, скажи что-нибудь умное.

— Чай будете? — выпалил я.

Катерина улыбнулась.

— С удовольствием.

Я помог ей занести чемоданы в комнату, после чего принялся заваривать чай. Катерина села в кресло напротив Петра.

— Значит, по договору я возвращаюсь на Сахалин, — произнесла она, принимая чашку из моих рук. — Спасибо за гостеприимство.

— Как вы себя чувствуете? — спросил я.

— Лучше. Триста лет в теле птицы дают о себе знать, но магия Пети помогла восстановиться быстрее, чем я ожидала.

— А он? — Петр Петрович кивнул в сторону выхода. — Отец. Он уже уехал?

— Да, — кивнула Катерина. — Выехал на Караване час назад. Передавал тебе привет и просил беречь себя.

— Звучит непривычно, — пробормотал Петр Петрович.

— Он меняется, — тихо сказала Екатерина. — Медленно, но меняется. Триста лет одиночества многому учат.

Я отпил чай, наблюдая за ними. Романов выглядел растерянным. Катерина спокойной и умиротворенной.

— Вы знаете, зачем он вас отдал? — спросил я.

Катерина посмотрела на меня долгим взглядом.

— Знаю. Он хочет исправить ошибку. Ту, которую совершил триста лет назад.

— И вы ему верите?

— Я хочу верить. Потому что альтернатива слишком страшна.

Лора наклонила голову.

— Она умная, — сказала она. — Понимает, что Петр Первый способен на что угодно. Но выбирает надеяться на лучшее. Эх… при других обстоятельствах мы бы стали отличными подругами…

Катерина отставила чашку.

— Сегодня мы вылетаем?

— Да, — кивнул я. — Блин Лол предоставил нам кортеж до гор. Дальше на моей машине.

— Разве мы поедем через Дикую Зону на машине? — удивилась она.

— Не совсем. Но я пока не буду открывать все карты. Поверьте, это вас удивит.

— Что ж, пойду загляну к внукам.

Она поднялась, снова поклонилась и направилась к выходу. У двери остановилась и обернулась к сыну.

— Петя очень гордится тобой, — произнесла она тихо. — Просто не умеет это показать.

— Спасибо, мама, не стоит… — ответил Петр после паузы.

Женщина кивнула и вышла.

Когда дверь закрылась, он откинулся на спинку кресла.

— Что за день, — выдохнул он.

— Согласен, — кивнул я. — Сначала бар с пьяными китайцами, теперь семейная драма.