Книга Я не бог. Книга #34, страница 61 – Сириус Дрейк

Мы поднялись по лестнице, вышли в коридор. Дверь в ангар была все так же открыта. Одинокий автомобиль стоял напротив входа. Свет от фар падал точно на вход, так что когда мы вышли, тот, кто находился внутри, точно видел нас.

Наконец, дверь открылась.

— Почему я не удивлен? — произнес Петр Петрович, делая шаг вперед.

Из машины вылез его отец. Облаченный в доспехи, с мечом на бедре, он выглядел непривычно грозно.

— Неужели ты не хочешь обнять своего любимого отца? — улыбнулся он.

— Не вижу чести в этом!

Тогда царь Российской Империи перевел взгляд на меня.

— Михаил… — он наклонил голову набок. — Кажется, твое присутствие на моей земле… хм… Скажем так, немного незаконно…

— Ага, — пожал я плечами, — преступник, каюсь… Надеюсь, ты закроешь на это глаза?

Он прищурился, словно размышляя над чем то.

— А знаешь, — он начал ходить взад-вперед, крутя в руке перчатку, — я могу закрыть на это глаза, если вы отдадите ту женщину внизу.

Желание Петра Первого вернуть гусыню было ожидаемо, но почему он сказал «женщину»?

— Нет, она с тобой не пойдет. Будь в этом уверен. После всего того, что ты с ней сделал, — Романов сделал еще шаг вперед.

— Что я сделал? — ухмыльнулся царь. — Ох, сыночка-корзиночка, ты ничего не знаешь, и продолжаешь лезть туда, куда тебя не просят! Я спас твою мать! Если бы не я, она бы была мертва!

Нижние уровни лаборатории

Валера спускался по металлической лестнице, его тяжелые шаги гулко отдавались в тишине. Коридор уходил вниз, все глубже под землю, и с каждым пролетом становилось только холоднее. Тусклые лампы едва освещали путь, бросая длинные тени на стены.

Наконец, он вышел в огромный зал. Потолок терялся где-то в темноте, а по всему периметру, словно экспонаты в музее ужасов, стояли ряды стеклянных капсул. Десятки. Если ни сотни.

И в каждой — тело.

Валера медленно прошелся вдоль первого ряда, всматриваясь в неподвижные фигуры, плавающие в мутной жидкости. Некоторые почти не отличались от людей. Другие… другие были сущим кошмаром. Искаженные конечности, лишние глаза, расплывшиеся черты лиц.

— Жалкие попытки обмануть природу, — пробормотал он, качая головой. — Играться с тем, чего не понимаешь?.. Глупые людишки…

Он сделал несколько шагов вглубь зала, как вдруг за его спиной раздался глухой лязг. Валера обернулся. Толстые металлические двери, через которые он вошел, медленно начали закрываться.

— Ну конечно, — усмехнулся он, не делая попыток вернуться. — Как же без этого?

Двери захлопнулись с оглушительным грохотом. Щелкнули замки. Потом тишина. Затем раздалось гудение.

Красные лампы вспыхнули по всему залу. Над каждой капсулой загорелись индикаторы. Из динамиков донесся механический голос:

«СИСТЕМА АКТИВАЦИИ. УГРОЗА ОБНАРУЖЕНА. ЗАПУСК ПРОТОКОЛА ЗАЩИТЫ.»

Жидкость в капсулах забурлила. Тела дернулись. Одно. Другое. Третье.

Валера остановился посреди зала, расставив руки, словно театральный актер, получающий овации. Его корона медленно проявилась над головой, пульсируя золотым светом. Улыбка становилась все шире.

— Эти двери меня не остановят, — произнес он спокойно, глядя, как первая капсула с треском лопается, выплескивая содержимое на пол. — Но вы? Вы можете попробовать развлечь меня.

Существо, выкатившееся на пол, медленно поднялось на четвереньки. Это было что-то среднее между человеком и насекомым — удлиненные конечности с хитиновыми наростами, искаженное лицо с множеством глаз. Оно хрипло зашипело, и из его рук вспыхнуло пламя.