Книга Я не бог. Книга #34, страница 103 – Сириус Дрейк

Мой телефон зазвонил. Опять. Антон.

— Да?

— Миш, я в Москве. Только приземлился. — Голос друга был встревоженным. — Тут что-то творится. Разрушения. Войска. Но новости молчат. Никто ничего не объясняет. Что происходит? Это из за Саши?

Я посмотрел на Есенина. Тот кивнул.

— Дай мне трубку.

Я протянул телефон.

— Антон. Это Саша. Сейчас приеду. Сам все объясню. Жди меня у гостиницы. — Пауза. — Да, все нормально. Скоро увидимся.

Он отдал мне телефон и встал.

— Мне надо идти. Семейные дела. — Он остановился у двери. — Миша. Спасибо, что не убил меня, когда была возможность.

— Я вообще-то пытался тебя не убивать, — усмехнулся я.

— Знаю. Поэтому и спасибо.

Он вышел. Дверь закрылась.

Я посмотрел на Валеру.

— Интересная была битва?

Тот расплылся в улыбке.

— Еще какая! Этот чокнутый пытался разнести весь Кремль. Я думал, что он тут геноцид устроит. Раз пять. На мгновение даже я подумал, что буду превозмогать, Но адреналин… — он причмокнул, — такого давно не было. Кстати, как там в Кремле?

— Был в гостях у Петра Первого.

— Серьезно? Как он?

— Хреново. Надеюсь.

— Ну ты даешь.

Я встал.

— Валер, собирайся. Сваливаем на Сахалин.

— Уже? Мы только приехали…

— Уже.

Сахалин.

г. Южно-Сахалинск.

Администрация.

Мы переместились на Сахалин и доехали до администрации. Эль сидел за маленьким столиком и листал бумаги. Увидел нас и захлопал крыльями.

С момента, как он получил силы бога войны, он так и не вернулся в свое человеческое обличие.

— О, вы живы. Замечательно. Чай будете?

— Буду, — кивнул я.

Валера плюхнулся в кресло.

— И мне. Да побольше.

Он нажал клювом одну из кнопок на столе и передал секретарше про чай.

Мы выпили в тишине. Потом я рассказал ему все. Про Владимира. Про Петра. Про то, что царь хочет в конечном счете. И добавил размышления Лоры о том, что тут есть еще что-то, чего нет даже в его дневнике. Раз он просто дал нам его прочитать.

Эль слушал молча. В конце только вздохнул.

— Значит, Петр Первый использует тело твоего предка. Отлично. Просто замечательно.

— Хуже. Он назвал себя кукловодом. Сказал, что тело без души. Но… оно реагировало на Ерха. Владимир вспоминал что-то. Ненадолго, но вспоминал, — добавил я.

— Может, там осталась какая-то часть его сознания? — сказал Валера. — Такое бывает, когда маг достаточно сильный, а мне из всех щелей говорят, что это был какой-то невероятный мужик. Булат постоянно нахваливает его.

— Вполне может быть, — кивнул я.

Дверь приоткрылась. Это был Петр Романов. Я позвонил ему, когда мы оказались на Сахалине. Выглядел уставшим, но довольным.

— Михаил. Рад, что ты жив. Слышал, ты опять стал отцом? Поздравления! — с порога начал Петр.

— Спасибо. Как тут дела?

— Враги отступили. Потери минимальны. Твои люди сработали отлично. — Он сел. — Что с Петром Первым и моей матерью?

Я пересказал все снова. Романов слушал внимательно. Даже на Владимира только поднял бровь. Когда я закончил, он нахмурился.

— Володя… У него тело Володи… И теперь он в руках этого безумца. — Петр потер переносицу. — Михаил, это плохо. Очень плохо.

— Я знаю.

— Надо вытаскивать мою мать. Он, конечно, ей вряд ли что-то сделает, но…

— Расслабься, — махнул рукой Валера. — Сейчас она действительно в безопасности. У нас нет плана. У нас нет сил. Ну… — он окинул его уничижительным взглядом, — у вас нет… Да и Есенин нехило так тряхнул его. Думаю, у него сейчас будут другие дела.